Документы (33)

1. Воспоминания Юнг М.Н.

Воспоминания отмечены явным литературным талантом. В них подробно описывается жизнь автора с ареста в 1937 году до освобождения.

Описание сентябрьского утра на даче. Прогулка автора в парке им. Горького с альбомом для рисования. Предчувствие несчастья и беспокойство о любимом муже. Дома следы обыска и внезапного ареста. Сообщение о трагедии родным мужа, отдыхавшим на даче. Посещение приемной НКВД с целью узнать что-либо, не давшее результатов. Совет в очереди идти в Бутырскую тюрьму и передать на имя мужа 30 рублей (если примут, значит, он там). Многочасовая очередь с раннего утра. Деньги взяли. Надежда на скорое освобождение мужа. Совет знакомой срочно уехать из города, т.к. начали арестовывать жен, не принимается автором. Через 10 дней в Бутырке отказ принять деньги. Появление на даче работника НКВД Лубянка. Заполнение анкеты. Требование следователя дать показания против мужа Категорический отказ. Тут же ордер на арест.

Бутырская тюрьма. Бокс. Унизительный обыск. Баня. Мытье в присутствии мужчин из охраны. Камера, битком набитая женщинами в одном белье (около 150 человек). Их расспросы и сомнения в том, что автор замужем, так как она еще очень молода. Уверенность женщин в том, что их скоро выпустят. Истязания следователем – женщиной, молодой, очень красивой заключенной. Знакомство с режиссером Натальей Сац. Дикие, нечеловеческие крики ночью, доносившиеся до заключенных. Через месяц приговор – 5 лет лишения свободы. Ночной вызов: «С вещами!» (Вещей не было, т.к. женщин забирали обманом на допрос, а арест производился уже в тюрьме).

Казанский вокзал. Описание ужасных подробностей проверки до посадки в поезд. Около недели стоянка поезда на путях. Доносящиеся до заключенных звуки празднования 7 ноября. Отправка поезда. Выбор старосты, очень авторитетного человека – Раскиной Рашели. Появление в вагоне уголовниц. Их угрозы. Предложение Раскиной – поединок с главарем уголовниц. Победа за Раскиной. Во время пути одновременная остановка поезда с заключенными и едущего в противоположную сторону пассажирского поезда. Гримаса боли на лице военного, увидевшего за решеткой заключенную женщину, автора. Мучения от огромного количества вшей. Болезнь М. Гутман. Переговоры с соседним вагоном, нет ли среди мужчин Гутмана, ее мужа. Наказание за переговоры – перевод заключенных в другие вагоны. Встреча мужа и жены при остановке поезда. Декабрь. Мороз. Остановка в Томске. Путь женщин в легких платьях и летних туфлях в тюрьму. Камера. Попытка вымораживания вшей через открытую форточку, ошпаривание одежды кипятком из кружки. Отказ есть пустую баланду. Посещение камеры начальником Владимировым. Предпринятые им меры для облегчения участи заключенных, за что он будет отстранен от должности.

Описание тюремной жизни. Дружба женщин, поддержка друг друга. Обязанность автора – колка дров, которой еще в детстве научил ее отец. Несчастный случай с автором во время очередной колки. Наложение швов на голове. Месячное пребывание на нарах. Уход за автором подруг по бараку. Занятие с одной из подруг йогой. Постоянные болезненные уверения Нюси Бухариной, что ее муж, Бухарин Н.И., ни в чем не виноват, что Бухаринский процесс – «профанация». Донос на нее стукачей, в результате чего ее забрали и, по слухам, отправили в Магадан, назначив новый срок – 10 лет. Рассказ автора об интересных людях, окружавших ее в тюрьме. Ночные посещения барака пьяным начальником, Кием, пришедшим на смену Владимирову. Издевательские слова Раскиной в его адрес. Месть начальника – доведение женщин до полного истощения, результат – цинга и куриная слепота. Отстранение Кия от должности. Просьба автора к начальнику – вернуть фотографию мужа, изъятую при аресте. Невероятное счастье – вернули! Сумасшествие одной из заключенных, причина – разлука с ребенком.

Перевод в пересылочную тюрьму в Маар…. Лагерь на реке Яя. Барак на 500 человек. Работа на тюремной фабрике (пошив бушлатов и брюк для военных). Разрешение посылок, переписки. Занятия с подругами иностранными языками. Чтение друг другу лекций. Книги (хорошая библиотека). Спектакли силами заключенных. После трехмесячного обучения ночная работа механиком по починке швейных машин. Вызов к начальнику НКВД. Абсурдное обвинение в убийстве новорожденного ребенка. Через неделю обвинение снято в связи с тем, что найдена мать убитого ребенка. Предложение начальника стать осведомительницей. Отказ. Обещание льгот и в лагере, и после освобождения. Отказ. Издевательства начальника (после ночной работы «дни стоя», чтобы обдумать предложение. Полуобморочное состояние, отек ног. Решение подписать согласие и покончить с собой. Ночные галлюцинации. Больница. Опять явка к начальнику и подтверждение отказа. Его месть – назначение на работу в цех, где работали одни уголовницы. Словесные издевательства уголовниц. Ожидание физического насилия. Волевое усилие подавить страх. Специальная поломка машин уголовницами. Сообщение автора, что она здесь из-за отказа доносительства. Признание уголовницами в ней человека. Требование одной из них стать ее «женой». Обещание зарезать в случае отказа. Угрозы другой уголовницы с требованием не вступать в любовные отношения с ее «мужем». Разборки «мужа» и «жены» между собой. Перевод автора в свой цех.

В 1942 г. освобождение из лагеря. Продолжение работы на той же фабрике. Горловое кровотечение. 9 месяцев больницы. Инвалидность 1-ой группы. Возможность уехать с ограничением проживания («минус большие города»). Зерносовхоз им. Крупской недалеко от г. Миликесса, где жили родители мужа (его отец был арестован и выпущен из лагеря почти умирающим, на носилках). Сообщение о том, что брат мужа погиб в лагере. Работа в школе учителем черчения, астрономии (чем увлеклась в лагере), рисования. Запросы в НКВД о судьбе мужа. В 1945 году ответ о смерти от заражения крови. Неверие автора в это.

В 1947 году второе замужество. Рождение сына и его смерть в возрасте 6 месяцев. Распад семейных отношений при сохранении теплых, дружеских чувств. Тяжелые события в жизни автора, о которых она не пишет, сомневаясь, что это может быть кому-нибудь интересно.

87 листов, файл (присоединённый)
Юнг Николай Григорьевич, Юнг Агрипина Никифоровна, Шредер Тамара, Шапошникова Людмила Кузьминична, Хайа Яковлевна, Тухачевская-Владимирова Мария Николаевна, Тихомирова Анна, Татарникова, Талка, Сац Наталья Ильинична, Рыбко Туся (Наталья?), Рыбко Константин, Раскина Рашель Юльевна, Пономарева Наталья Осиповна, Пойгина (Головченко) Наталья Георгиевна, Остославский Иван Васильевич, Моргунов, Медведская Ксения Дмитриевна, Мальцева А., Ломова-Оппокова (урожд. Подлясская) Наталья Григорьевна, Лерхе Галина Александровна, Лекаренко Нина Алексеевна, Красковский Сергей Иванович, Красковский Мстислав, Красковский Иван Игнатьевич, Красковская Валентина Семеновна, Кондиайн (урожд. Месмахер) Элеонора Максимилиановна, Кий, Каменецкий Борис Маркович, Земскова Александра Антоновна, Гутман Мария, Горяинова Наталья Алексеевна, Горохова Прасковья Степановна, Гейнтце (Юнг) Мария Николаевна, Гейнтце Сергей Борисович, Гейман-Тухачевская Ольга Николаевна, Владимиров, Бухарина (урожд. Ларина) Анна Михайловна
1. Воспоминания Дубовика В.Е.

Воспоминания охватывают жизнь автора до 1951 года, когда ему, проведшему более 5 лет в лагере на Колыме и работавшему после освобождения там же по вольному найму, разрешили поехать в отпуск в Ленинград.

Начало воспоминаний – рассказ об обыске и аресте в 1938 году в общежитии Текстильного института, где учился автор. Предложение конвойного предать сообщение сестре автора об его аресте, что он впоследствии и сделал. После слов энкаведешника о том, что брать с собой ничего не нужно, вмешательство дворника-понятого, назвавшего вещи, которые можно взять, в том числе одеяло, за что автор впоследствии был ему очень благодарен.

Камера в Большом доме площадью в один кв. метр, где можно было сидеть на корточках поочередно с еще одним заключенным. Унизительный осмотр раздетых догола арестованных. Опять та же камера, где уже трое человек стоят, прижавшись друг к другу.

Перевод в общую камеру, где вместо положенных 13 человек 107 арестованных. Из-за духоты и скученности люди в одном белье. Движение по кругу по два человека в ряд. Краткое описание обитателей камеры, многие из которых занимали в недавнем прошлом видное общественное положение. Заполнение дневного времени разговорами, воспоминаниями, отвлекающими от ожидания ночных вызовов на допросы. Предоставление кроватей (их всего семь) избитым на допросах или перенесшим «большие стойки» (стояние в течение 20 суток [так ли? – ред.]) заключенным. Крики истязуемых во время ночных допросов.

Советы автору сокамерников «послабее духом» во всем признаться, так как будут мучить и сделают калекой на всю жизнь. Избиение во время первого ночного допроса. Требование сознаться в контрреволюционной деятельности. Дальнейшие истязания в течение недели. Обвинение в шпионской деятельности в пользу Польши, в передаче польскому консулу сведений о строительстве подводных лодок и ремонте кораблей на Балтийском заводе. Отказ подписывать обвинение. Угроза следователя отправить в «шанхай». Ужас перед пытками в «шанхае», о которых автор слышал. Советы товарищей подписать обвинение. Надежда автора, что позже ему удастся на суде доказать нелепость обвинения. Отправка автора в «шанхай». Его описание. На столе пучок проводов для пытки электричеством. Признание следователя в том, что он знает о невиновности заключенного, но «так нужно для советской власти». Подпись автора под обвинением. Ощущение надломленности.

Перевод в «Кресты», перед этим прощальная речь перед сокамерниками, с которыми автора связали братские чувства. Описание камеры, где на 16 человек три койки. Ночные мучения от огромного количества клопов. Дружеские отношение с архитектором Н.Е.Лансере, которого на допросах истязали, чтобы он «дал компрометирующие материалы на писателя Алексея Толстого», но ничего не добились. Пересказы автором Лансере польских романов, чтение лекций Лансере по живописи и архитектуре автору. Разговоры, мирные споры заключенных, перестукивания с соседями. Обвинения в адрес Ежова, уверенность в том, что Сталин не знает о чудовищности происходящего. Продажа надзирателями газет недельной давности по очень дорогой цене. Разоблачение стукача, донесшего о том, что в камере появилась ножовка и староста (им был автор) пользуется ею при необходимости. Безрезультатный обыск в камере. Требования перевести стукача (под предлогом, что он якобы совершил кражу) в другую камеру. На отказ начальства ультиматум – объявят голодовку. Выполнение требования заключенных, но придирка к автору за то, что встал на койку, чтобы посмотреть «на маленький кусок неба». Перевод его в карцер на 10 суток. Описание карцера (каменный мешок). Раз в день кружка воды и пайка хлеба.

Появление напрасных надежд на освобождение в 1938 году в связи со снятием Ежова.

В декабре (через 5 месяцев после ареста) вызов к следователю, потребовавшему подписать прежние показания автора – его отказ. Угрозы со стороны следователя, но все-таки (после снятия Ежова) не физическое принуждение. Уход следователя, закрывшего автора в холодной камере на ночь. Крики автора, требующего начальника корпуса. Перевод начальником его в камеру. Последний допрос в «Крестах» (уже без издевательств). Требования автора показать ему его дело. В деле положительные отзывы шести студентов, и ни одного компрометирующего. Утверждение следователя, что автору дадут пять лет. Недоумение, что наказание последует без всякого суда. Мысль о том, что «кто-то в верхах просто сошел с ума».

Пересказ событий прерывается сведениями о жизни, предшествующей аресту. Автор родился в 1906 году в Белоруссии в семье типографского рабочего. Упоминание о том, что старший брат погиб по время гражданской, средний работал в ЧК, был комиссаром продотряда, умер от тифа, трое братьев матери были также чекистами, и один из них погиб в 1937 году.

В связи с установлением польско-советской границы в 1921 году деревня, где жил автор, оказалась на польской территории. Потеря отцом советской пенсии, из-за чего семья жила впроголодь. Служба автора в польской армии, поле возвращения работа во Франции в каменноугольных шахтах, так как семья бедствовала. Ходатайство в течение двух лет о возможности возвращения в СССР, получение гражданства. Перед отъездом из Франции посещение кинотеатра, где собирались коммунисты, которые вызвало восторженное чувство уверенности, что «коммунизм – это то, что нужно человечеству».

После приезда в Петербург работа учеником токаря на Балтийском заводе, рабфак, учеба в Текстильном институте, которая была прервана из-за ареста.

В июле 1939 года приговор – 5 лет исправительно-трудовых лагерей на Колыме. Пересыльная тюрьма. Свидание с женой и матерью.

Поезд. Описание вагона. Скудная еда. Письма-треугольнички, выброшенные в люк посреди вагона (письма дошли!). Дизентерия у автора. Санпропускник в Омске, куда автора несли на носилках.

Пересыльный лагерь «Вторая речка» около Владивостока. Назначение автора старостой. Основной контингент – «люди образованные и интеллигентные». Через месяц пароход «Дальстрой», направляющийся к бухте Нагаево. На борту около 5 тысяч человек, выгруженных с барж. Назначение автора старостой.

Магадан. Краткое описание города. Отправка прибывших заключенных на золотоносные и оловянные рудники. Работа автора в бригаде, занимавшейся поддержанием в проезжем состоянии Тенькинской трассы. Его назначение бригадиром. Изматывающая работа. После трех дней труда без перерыва отказ бригады продолжать работу. Наказание автора как бригадира карцером, в котором было, как и на улице, - 40 градусов, где он просидел трое суток и откуда его вынесли на носилках.

Отступление в повествовании с описанием колымского края и жизни там заключенных. Несколько слов о начальниках Дальстроя: о Берзине, при котором жизнь заключенных несколько улучшилась до 1937 года, когда он был вызван в Москву (Берзин Э.П. был расстрелян в 1938 году – ред.); о Никишове, имевшем прозвище Иван Грозный из-за лютости характера; о начальнике УСВИТЛа Гаранине, на совести которого было много сотен тысяч жертв. Рассказ о том, что такое «гаранинщина», – тех, кто не выполнял норму, отвозили на Серпантинку и расстреливали. Закрытие Тенькинской трассы из-за снежных заносов. Работа заключенных по расчистке дороги. Отказ уголовника собирать дрова для растопки печки, за что автор, настрадавшийся за время заключения от уголовников, нанес ему сильный удар по лицу. После распространившегося слуха о том, что бригадир – «зверь», назначение его главным на участке по расчистке дороги, где были, в основном, уголовники.

Отправка автора на строительство моста через реку Армань. Назначение его звеньевым на кессонных работах. Признание начальством рационализации в работе кессонщиков, которая на самом деле была результатом их оплошности. Награждение килограммом муки каждого из членов звена. Назначение автора старшим по кессонным работам.

Через неделю после начала войны отправка автора и еще нескольких человек без объяснений в другой лагерь, где был жесточайший режим, множество вышек с охраной, где по людям стреляли без предупреждения. В августе прибытие комиссии, собиравшей поляков, которых было много в этом лагере, в армию Андерса.

Переброска пешим этапом оставшихся заключенных, среди которых был автор, в самый страшный из тех, где он побывал, лагерь. Через два месяца из двухсот человек осталось сто – остальные умерли от голода.

Побег из лагеря автора, узнавшего случайно из разговора вохровцев, что на командировку приехал майор НКВД с заданием набрать станочников среди заключенных. Преследование автора, бегущего по тайге, вохровцем.

По приказу майора отправка автора в центральные авторемонтные мастерские. Работа токарем. Перевод автора в барак, где жили привилегированные заключенные и где были условия лучше, чем в других бараках. Благодарность судьбе за то, что имел возможность общаться с образованными людьми.

Множественные случаи отравления заключенных американским трансформаторным маслом, на котором они поджаривали хлеб. Решение начальства организовать оздоровительные пункты, так как, во-первых, огромное количество людей умирало, а надо было сохранить рабочую силу для добычи золота, а во-вторых, в лагерь стало поступать американское продовольствие, частично разгружаемое в порте Нагаево.

Встреча с заместителем наркома внутренних дел Завенягиным, который пожал автору руку и к которому тот обратился с вопросом, за что попал в лагерь. По словам автора, судьба Завенягина была не намного лучше его собственной.

В 1943 году конец срока заключения, но освобождали только уголовников.

Прибытие женских этапов, состоящих из девушек, бежавших с фабрик к себе в деревню из-за чудовищных условий жизни в бараках и голода, и женщин, собиравших на полях после уборки урожая колоски.

По окончании срока работа по вольному найму на Сопроненском заводе сначала технологом, затем начальником цеха. Приезд к нему жены и дочери. Работа жены инженером на том же заводе.

Сочувствие автора к бывшим военнопленным, пополнявшим после войны лагеря. Рассказ о судьбе такого военнопленного, работавшего на том же заводе, что и автор. Лагерь в Германии за отказ работать на немцев, побег, после его поимки штрафной лагерь, опять побег, схвачен Гестапо, после окончания войны в американской зоне, предложение американцев остаться у них, от которого отказывается, так как спешит домой, после возвращения лагерь на Колыме.

Переезд в Магадан, работа начальником производства. Знакомство с Гинзбург Е.С., автором «Крутого маршрута», ее мужем Вальтером А.Я., их сыном Василием Аксеновым, который учился в последнем классе в одной школе с дочерью автора.

В 1951 году подача заявления с просьбой об отпуске «на материке». Отказ, так как автор бывший заключенный. Отправка семьи в отпуск, подача заявления начальнику КГБ Дальстроя с просьбой разобраться. Вызов в магаданский Большой дом. Трехчасовой допрос, после которого автор был отпущен. Через два месяца снова вызов в Большой дом и разрешение на выезд.

68 листов, файл (присоединённый)
1. Рассказ-воспоминание Ерухимовича С.В. "Театр на железной дороге"

Автор был арестован в 1937 году и осужден на 10 лет лагерей как японский шпион, причиной чего явилось то, что он родился в Харбине и прожил там 21 год.

Воспоминания представляют собой рассказ об организации в ГУЛАГе концертных и театральных коллективов, в которых он работал.

Начало воспоминаний – размышления о том, имел ли право автор и его друзья, актеры и музыканты, заниматься искусством, в то время как другие заключенные были заняты рабским трудом, жили в чудовищных бараках, голодали. Отдавая себе отчет в том, что система использовала эти коллективы для своих «изуверских» целей, автор надеется, что своими выступлениями они скрашивали страшную жизнь лагерников. Рассказ о двух эпизодах – обвиняющем и оправдывающем актеров: концерт в сангородке, где были собраны заключенные, больные пеллагрой (они никак не реагировали на выступления, покорно и безучастно сидя в зале), и концерт перед заключенными женщинами, которые плакали, вспоминая о своей прошедшей жизни, и были благодарны выступающим.

Далее описание камеры в Большом доме, куда попал сразу после ареста. Присвоение внутрикамерного номера – 221, хотя камера была рассчитана на 23 человек. «Культпросветработа» в камере: пересказ содержания фильмов известным кинодраматургом (после его ухода из камеры пересказывал фильмы, увиденные им в Харбине, автор), исполнение автором песен Вертинского, чтение стихов, рассказов им и другими заключенными.

В феврале отправка в лагерь. Во время этапов автор «тискал» романы. Эпизод, когда уголовники после такого рассказа вернули политическим отобранный у них хлеб.

Возвращение к теме – агитбригады, концертные и театральные группы. Их спасительная роль в жизни профессиональных актеров и музыкантов, а иногда и просто заключенных, обративших на себя своим талантом внимание начальства. Эти коллективы были «единственным источником развлечения руководства лагерей, вольнонаемных работников, охраны, а также жителей тех заброшенных таежных поселков, районных центров, где располагались лагеря. Интересная деталь: если в зале кроме «вольняшек» были заключенные, то первые «сидели с каменными лицами»; если же заключенных в зале не было, реагировали на происходящее на сцене, как обычная публика.

Привлечение актеров обычно лишь к легкой работе и освобождение от нее в дни выступления.

В 1940 году переправка автора из Ивдельлага в Севжелдорлаг на строительство железной дороги Котлас-Печора. Продолжение работы в концертной бригаде, которую вскоре превратили в «освобожденную» агитбригаду ковенского отделения благодаря тому, что начальнику понравилось выступление артистов на концерте, где он присутствовал. Объединение двух агитбригад, в одной из которых состоял автор, в Центральную, где он был назначен заведующим литературной частью.

С лета 1940 года автор – руководитель театральных коллективов. Общее руководство работой бригады осуществлялось начальником отделения. Привлечение в агитбригаду профессиональных актеров и музыкантов. (Между начальниками отделений ГУЛАГА была конкуренция, чей актерский коллектив сильнее.) Поездки по лагпунктам.

Начало войны. Перестройка репертуара в связи с этим: исполнение военных песен, составление литературно-музыкальных монтажей на военные темы.

Перевод в Княж-Погост, где бригада жила и репетировала в отдельном бараке. Рассказ об организации концертов, выборе программ, взаимоотношениях коллектива с лагерным начальствах. Появление в бригаде должностей: администратора, заведующего музыкальной частью, костюмерши, реквизитора, парикмахера.

Признание автора в том, что ему стыдно приводить стихи, слова песен, тексты монтажей (они приводятся) из-за их патетики и бездарности. Но без них не пропускались бы никакие концертные номера.

Блестящая постановка чеховского «Юбилея» и других спектаклей, в которых играли отличные профессиональные актеры. Богатый музыкальный репертуар.

После окончания войны снижение морального подъема, так как стало ясно, что заключение невинных людей в лагере, которые они оправдывали раньше военной угрозой, имеет другую причину – это идеология власти.

Появление после войны нового контингента заключенных: попавших в плен, оказавшихся на оккупированных территориях, а также власовцев, бендеровцев, полицаев, которых причисляли к политическим, что вызывало у последних негодование.

В 1945 году освобождение автора, так как ему «сбросили» два года за «хорошее поведение и успехи в строительстве железной дороги». Продолжение работы директором и художественным руководителем в том же театральном коллективе уже по вольному найму.

В апреле 1950 года вторичный арест «по старому делу» и после непродолжительного следствия в г. Сыктывкаре ссылка в Новосибирскую область, в село Северное, где он уже был на общих работах.

После смерти Сталина освобождение без персонального рассмотрения дела и реабилитация в 1956 году. Намерения поступить в Ленинградский театральный институт, но отказ в приеме документов, так как автору было уже 40 лет, а в институт принимали до 35.

файл (присоединённый)
1. Воспоминания Дубинина Д.В.

Воспоминания автора предваряет предисловие его сына, где указываются основные факты биографии отца.

В годы гражданской войны активная комсомольская работа, в 1921 году направление Губкомолом на учебу в Ленинградский медицинский институт, где занятия совмещал с работой ответственным секретарем комсомольской организации. По окончании в 1928 году института учеба в аспирантуре ГИДУВа. С 1931г. по 1937 г. заведующий Горздравом, заведующий отделом науки и т. д. 1937 г. – арест. В это же время жена автора, работавшая врачом в Институте Бехтерева, была сослана в Рязанскую обл., откуда в 1953 г. уехала к мужу на север, в поселок Ольчан.

Беллетризованные, разбитые на главы воспоминания охватывают период со дня ареста автора до его реабилитации, вскоре после которой, в октябре 1957 года, он скончался. Кроме воспоминаний, приводятся документы, письма жены, ее рассказ о решении ехать к мужу, о прощании с близкими и родными и о поездке на Колыму.

Ночной звонок в дверь. Появление в квартире военных. Недоумение

автора, который уверен, что это ошибка, т.к. он убежденный коммунист. Обыск. Квартира – ловушка: сюда пускают, отсюда – нет. Отбор «крамольных книг» (их названия). Конфискация фотографий, изъятие архива

уездной комсомольской организации. Доставка арестованного в Большой дом трамваем. Тюрьма. Фиксация в памяти всех тюремных примет: глубокий колодец двора, волнующий осенний запах с воли, голуби, тускло освещенный коридор и т. д. Описание унизительного осмотра заключенного. Одиночная камера, где еще один заключенный. Теснота такая, что нет возможности сесть на пол и они стоят вплотную друг к другу. Тщательная проверка одежды, обуви, изъятие личных вещей, срезание пуговиц и крючков и т. д. Сортировочная камера, «собачник». Арестованные сразу после гастролей артисты театра «Музыкальной комедии». Разговор с соседом по поводу многочисленных арестов. Недоумение обоих собеседников. Встреча в камере с известным директором крупнейшего медицинского комбината. Воображаемый разговор автора со следователем, которым, возможно, окажется его знакомый из Большого дома, недавно беседовавший с ним о музыке Шостаковича, человек умный и воспитанный, пожавший ему руку в конце разговора, во время которого он проявил себя как настоящий чекист-дзержинец, убежденный в том, что кругом враги (с чем автор пока солидарен), но что вызванный на допрос заключенный ни в чем не виноват.

Канун нового, 1939, года. Особенно угнетенное состояние сокамерников автора. Рассказ о некоторых из них.

Этап. Пересылка в Челябинске. Баня. Барак, набитый людьми так, что часть людей вынуждена стоять сутки. Невыносимые страдания от духоты. Пересказ автором арестантам книг, за что он получает место на верхних нарах, где расположились уголовники.

Колымский лагерь. Описание северного края, его климата, природы. Путь к месту работы. Овчарки. Вид издалека забоев, людей, работающих там. Чувство страха. Первый день в забое. Автор – «возчик», подробное описание особенностей этой работы. Лето 1939 года. Колымская дождливая погода. Барак с протекающей крышей, окошками, затянутыми парусиной. Работа в забое во время наводнения. Слухи о героической работе людей по спасению техники на мосту через реку Колыму. Соревнование между лучшими забойщиками (среди них автор), чтобы ускорить установку вентиляции в шахте, где работали их товарищи. Несмотря на чудовищные трудности, автор работает с энтузиазмом (он «рекордист»). Изнуряющий труд голодных людей во время войны. Работа автора врачом, сначала одновременно с работой в забое. Чтение Чехова, Гегеля, книг по истории искусства. Представление автора как отличника труда на досрочное освобождение.

Строительство больницы на Индигирке. Работа старателем на новом прииске. Автор – «лучший промывальщик прииска Управления». Назначение главным врачом таежной больницы на прииске «Ольчан». Эпидемия паратифа, которым заболевает и автор. Доклад о тифах (во время болезни) на конференции врачей Индигирки, который имел огромный успех.

1947 год. Конец срока заключения. Впереди пять лет поражения в правах. Решение остаться на прииске «Ольчан» в должности начальника санчасти.

Поэтические воспоминания о природе севера, о титаническом труде живущих там людей, об изменениях в тайге, произошедших благодаря им. Строительство новой больницы, инициатором и энергичным руководителем которого является автор. Привлечение им к этой работе медперсонала и больных-хроников. Энтузиазм, которым он сумел заразить всех строителей. Его чувство гордости за людей, участвовавших в общем деле.

В 1950 году инфаркт. Наводнение 1953 года, во время которого добирался 40 километров «по бурным горным речкам по пояс в воде», исполняя долг врача.

Далее следуют письма жены автору, в которых она делится с ним тревогой по поводу своего переезда из Ставрополя к нему на Колыму, а затем ее воспоминания о том, как добиралась до Ольчана, как встретилась через 16 лет с мужем.

Продолжение воспоминаний автора. Морозы, иногда свыше 60 градусов. Постоянные, и днем и ночью, вызовы к больным за несколько километров от больницы. Усталость. Гордость за жену, которую называют на Индигирке княжной Волконской и которая с энтузиазмом включилась в работу по оборудованию больницы.

Переезд жены на Неру, где она могла работать по специальности. Разрешение, полученное автором, на поездку в поселок Нера сроком на 5 суток. По дороге авария – машина пошла в кювет. Тяжелый перелом ноги.

7 сентября 1954 года освобождение из ссылки. Перелет с загипсованной ногой на транспортном самолете с пересадками до Казани, оттуда на ИЛе

до Москвы.

Полная реабилитация в июле 1955 года. Инфаркт. Убеждение автора в том, что он был прав, «не отделяя своей жизни от идеалов своей страны».

Письмо З. Кавукчана, цитирующего фрагмент из 24-ой песни «Ада» Данте для поддержки духа своего лагерного друга. Последняя глава воспоминаний – подведение итогов прожитой жизни: она была суровой, но честной и стойкой, и автор, если бы была такая возможность, повторил бы ее вновь.

К воспоминаниям прилагается фрагмент («О семье Валуит») из записок автора и стихотворение Валуит Норы, посвященное матери и написанное в 1940-м году в лагере, куда она попала после ареста родителей в 1939 году и где умерла в 1943 году за 3 месяца до освобождения.

125 листов, файл (присоединённый)
Ярославский Емельян Михайлович, Якир Иона Эммануилович, Эпштейн Абрам Беньяминович, Шпаченко, Шапошников Борис Михайлович, Чичерин Георгий (Юрий) Васильевич, Фрезе Василий Васильевич, Тухачевский Михаил Николаевич, Трифонов Иван Кузьмич, Тандура, Смородин Петр Иванович, Сидоров, Поляков Юрий, Полосин Павел, Николаенко, Моськин, Матулевич И.О., Литвинов Максим Максимович (Меер-Генох Моисеевич Ва́ллах (Баллах)), Кузнецов, Кропоткин Петр Алексеевич, Кривопляс, Комаров, Иванов А.А., Ибрагим, Зырянов, Зеленкевич, Захарьев, Заушицин Иван Борисович, Елизавета Савельевна Д., Ежов Николай Иванович, Егоров Александр Ильич, Дудка, Дубинин Дмитрий Васильевич, Дубинин Василий Васильевич, Дубинин Валентин Васильевич, Дзержинский Феликс Эдмундович, Деметро, Гильбо Эсфирь Захаровна, Гильбо Соня Захаровна, Гильбо Григорий Захарович, Вышинский Андрей Януарьевич, Владимир Петрович, Андрей Митрофанович, Адамов Владимир
1. Воспоминания Л.И. Грановской, завершенные в Ленинграде в 1988.

Грановская Людмила Ивановна. Воспоминания. Повесть. Ленинград, 1988 г. Машинопись. 62 с.

Беллетризованный рассказ, представленный автором как повесть, состоит из 8-ми глав.

Глава 1. Восторженное описание Ленинграда, который стал родиной для девочки из детского дома, Первомайского парада, когда перед трибуной проходит группа спортсменов (в числе которых автор), всем своим видом демонстрирующая преданность и любовь к вождям и готовность служить родине, начинается с мимолетного воспоминания о муже Лось-Лосеве, пишущем книгу по теории авиации.

Глава 2. Воспоминание об увлечении автора планеризмом, только-только зарождавшимся в 30-е годы, об организации ею планерного кружка при заводе «Красный путиловец», о восхищении планеристов их учителем Лось-Лосевым, ставшим позднее мужем автора. Анкета Лось-Лосева Ю.Д. Его автобиография. Рассказ о работе мужа с курсантами из Китая, его командировке в Коктебель, тренировках в районе хребта Узун-Сырт, о жизни на даче Волошина, о занятиях с турецкой молодежью, увлекающейся планеризмом. О смерти младшего Лосева в дни блокады, аресте мужа в 1937 г. и его расстреле в 1939 г. В конце главы выражение уверенности в том, что дело пионеров-планеристов Лосевых – это большой вклад в освоение небесного пространства.

Глава 3 («Арест»). Возвращение после летней практики, которую проходили второкурсники геолого-почвеннного факультета Ленинградского университета. Опечатанная дверь в квартиру. Сообщение соседей об аресте мужа. Гневное письмо в Большой дом с обвинениями по поводу его несправедливого ареста. Вызов в Большой дом для беседы. 28 декабря этого же, 1937, года арест автора. Тюрьма «Кресты». Стоящие в камере всю ночь вплотную друг к другу заключенные женщины. Утром перевод в другую камеру, после того как забрали все украшения. В камере 30 человек. Нет даже нар. Женщины, производившие впечатление умалишенных, так как они «махали какими-то тряпками» – сушили свое белье. После отказа подписать обвинение перевод в очередную камеру. Приговор – 5 лет ИТЛ. Погрузка женщин на машины с надписью «Хлеб». Потеря некоторыми сознания из-за духоты. Вагоны. Утомительная дорога. Остановка на станции Потьма Мордовской республики. Путь женщин пешком в течение дня в сопровождении конвоя. Описание женского лагеря. Отдельный барак для грузинских женщин. Всего около 5 тыс. человек. Этот лагерь, по словам автора, был «женским государством со своим самоуправлением». Работа только внутри лагеря и исключительно по самообслуживанию самих себя. Полная изолированность от окружающего мира, запрет на переписку, безделье (целыми днями лежали на нарах), однообразие пищи – все это привело к массовой истерике. Толчок к ней – появление во дворе лагеря лошади с жеребенком, которая напомнила матерям об их детях. В результате принятие начальством некоторых мер, чтобы избежать всеобщего сумасшествия: разрешение собирать за воротами лагеря хвою, обещание разрешить переписку, установка во дворе репродуктора, открытие вышивального цеха. Первые письма от детей. Результат – случаи сумасшествия среди женщин, которых уводит конвой. В 1940 г. переезд заключенных в Карелию, в общий для мужчин и женщин лагерь. Строительство оросительного канала. Непосильная работа не только для женщин, но и для мужчин. Постоянное чувство голода. Перевод в город Сегежу на бумажно-целлюлозный комбинат. Работа автора в конструкторском отделе.

Начало войны. Бомбежка Сегежы. Чувство обиды многих женщин на то, что заявления с просьбой отправить на фронт остались без ответа. Переброска в карагандинский лагерь. В поезде более месяца. Распределение в разные партии сдружившихся между собой женщин. Их огромное горе при расставании. (Конвоиры силой отдирали их друг от друга.) Сельскохозяйственная опытная станция вблизи села Долинка. Эпизод с жестоким изнасилованием группы женщин.

Главы 4, 5, 6. О работе автора в группе топографов, об увлечении своей работой, о дружеских отношениях с другими топографами, тоже заключенными. Мечты автора о возвращении мужа, посаженного, как она считает, по ошибке. О жизни автора уже после освобождения в 1942 году – сначала в селе Долинка на Заводе сельхозмашин по вольному найму, далее работа на Сухожильском цементном заводе, на Кировобадском глиноземном заводе, на Заводе сельхозмашин в г. Лида Гродненской области, на Онежском машиностроительном заводе, на Петрозаводском домостроительном комбинате. За 15 лет работы 20 увольнений, что объяснялось лагерным прошлым. В 1961 году возвращение в Ленинград.

Глава 7. О бурной профессиональной и общественной жизни в Ленинграде.

Глава 8. О съемках фильма «Досье на самого себя» (режиссер Геннадий Беглов), о встрече лагерных подруг на этих съемках.

62 листа, файл (присоединённый)
1. Воспоминания Верженской Я.И.

Верженская Ядвига Иосифовна.

Воспоминания. Б.м., б.г. Машинопись. 104 с.

Воспоминания (очень эмоциональные и подчас сумбурные) охватывают всю жизнь автора. Родилась в 1902 г. в Кронштадте в польской семье (девичья фамилия Турчинович). Отец, мастер на оружейном заводе заводе в Сестрорецке, вынужден был после участия в революционных выступлениях менять место жительства, скрываясь то в Петрозаводске, то в Финляндии. Переезд семьи в Геленджик к отцу, который работал на винном заводе «Абрау-Дюрсо». Похороны младшего брата, не выдержавшего восьмидневного путешествия с пятью пересадками. Переход отца на завод портландского цемента Франко-русской компании. Дружба семьи автора с семьей главного инженера завода, французом.

В возрасте 12 лет освящение ксендзом второго имени – Ирэн, данного автору семьей инженера. Пение на клиросе по просьбе ксендза. Гимназическая жизнь. Сбор пожертвований гимназистами для туберкулезных больных. Необычный кортеж на Новороссийском шоссе. Встреча с царской семьей, везшей большую сумму денег.

Сожаление автора о том, что семья не воспользовалась предложением француза перебраться во Францию, так как отец очень любил Белоруссию. Переезд в Витебск в 1915 г. Частная гимназия, «где учились одни еврейские дети»: бесплатных свободных мест не было для детей рабочих. Трудная жизнь. Нехватка продуктов в семье, где уже трое детей. Город в 1917 г. Анархисты. Погромы. Пленные австрийцы на строительстве города (домов, освещения, канализации, новой платформы, тротуаров и т.д.). Отправка австрийцев из Витебска (тайно, ночью). Прибытие эвакогоспиталя. Закрытые школы, мобилизация старших школьников на работу в госпитале. Эпидемия тифа. Участие автора, несмотря ни на что, в театральных постановках.

В 1920 г. усиленные занятия в школе, чтобы поступить в университет. Переезд в Петроград. Учеба в университете – сначала на факультете общественных наук, позже на медицинском, что потом очень пригодится в лагере. Голодная студенческая жизнь. Наводнение. Работа студентов по ликвидации следов разрушений. Возвращение в Витебск. Работа юрисконсультом. Частые командировки в Москву, сцены московской жизни. Наглое приставание незнакомца на улице, намерение кинуться за помощью к оказавшемуся недалеко Маяковскому, который был кумиром автора; внезапное появление витебского знакомого, спасшего ее от преследования. Маяковский, приветствующий с балкона стоявших на тротуаре людей.

Ощущение, что за ней ведется слежка. Слухи об исчезновении людей. Страшные рассказы о коллективизации на Украине и в Белоруссии. Поклонники. Воспоминания о знакомстве с будущим мужем, офицером военно-инженерных войск, о счастливом праздновании Дня рождения в 1926 г., о встрече Нового года в театре.

Замужество. Поездки с мужем по стране – в Чернигов, где научилась играть на фортепиано, в Тбилиси, где поступила в музыкальный техникум на дирижерское отделение, что помогло позднее выстоять в лагере. Рассказ о жизни в Тбилиси, о знакомстве с Берией, который обучал автора играть в шахматы и называл ее «комиссаром», о том, как он напоил допьяна непьющего Верженского. Новое назначение мужа в Харьков, затем в Москву, в Читу и т.д. Восторженное описание озера Байкал. Повышение мужа в звании – теперь он генерал-майор. Уссурийская тайга. Поступление в Московскую консерваторию. Поездка к мужу в Хабаровск. Трехдневное путешествие на пароходе по Амуру, описание амурских берегов. Замечание о том, что тайга совершенно непроходима, а потому на строительстве Комсомольска вместе с комсомольцами трудились зэки почти без охраны. Следующая командировка мужа – озеро Ханка, где прокладывалась железная дорога. Обязанность автора – организация досуга женщин, приехавших вместе со своими мужьями. Описание трудностей, с которыми сталкивалась бригада мужа. О венерических заболеваниях местного населения, заразившегося от американцев – скупщиков товаров. Поездка к друзьям в Совгавань. Посадка в деревне Талама, где жили нанайцы, принявшие автора за богиню и сделавшие ей дорогой подарок – накидку из соболиных шкурок. Рассказ о жизни летом в тайге под Хабаровском, куда автор ездила к мужу четыре раза из Москвы, где училась в консерватории.

Отправка мужа на стажировку и одновременно понижение в звании – сигнал опасности, который они не поняли. Тревожные слухи о тайных вредителях. Внезапное возвращение из санатория мужа, рассказавшего об исчезновении каждую ночь двух-трех человек. Отъезд мужа во Владивосток. Тревожное письмо от него о каких-то проверках, об исчезновении бригадного генерала. Далее ни писем, ни денежных переводов. Встреча в метро с женой одного из офицеров штаба, которая с вызовом сообщает об аресте Верженского.

Рассказ о событиях в жизни мужа с 1914 г. до ареста. По происхождению польский дворянин. Мобилизация в 1914 г. в армию из Института инженеров железнодорожного транспорта. В 1916 г. командировка во Владивосток. Во время возвращения в 1917 г. известие о революции, расстрел красными офицеров, в том числе и Верженского, который, придя в себя в угольной яме, куда сбросили тела расстрелянных, понимает, что жив. Безуспешная попытка спасти раненого. Возвращение в полк, решение офицеров вести свой полк к красным, присоединение к полку русских жителей Закавказья со стариками и детьми. Сбрасывание со скал армянами и татарами, настроенными враждебно, камней на головы идущих по ущельям людей.

Предложение Буденного Верженскому остаться в его армии. Решение навестить родных в Дриссе. Отклонение предложения немцев и французов присоединиться к ним. Поездка в Витебск, где формировались красные железнодорожные бригады. Направление в Москву в ВОСО (войска военных сообщений). Служба в железнодорожных войсках.

Недоумение автора, за что же могли арестовать преданного своей профессии и стране мужа? Надежда на то, что ошибку исправят.

1938 г. Открытка, вызывающая автора на Лубянку. Случайная встреча в коридоре с бывшим сослуживцем мужа, работающим в органах, который советует ей срочно уезжать с ребенком из Москвы, т.к. «лето будет жарким». Подпись автора в его кабинете документа, где говорилось, что якобы в ее доме проведен обыск. Ангина, задержавшая отъезд автора. Внезапное появление родственницы ее мужа (жены его брата), обеспокоенной арестом деверя, т.к. ее муж – директор автозавода. Настойчивая просьба сходить на Лубянку и выяснить причину ареста.

В результате арест автора. Требование сдать ценные вещи и назвать адрес, кому их вернуть (часы действительно были переданы брату). Описание трехмесячного пребывания в камере. Тревожные мысли о сыне. Забегая вперед, автор сообщает об аресте брата мужа, об обвинении его в шпионаже, т.к. он бывал в командировке в Америке и приглашал американцев на свой завод, о смерти его жены из-за сердечного приступа после его ареста, о том, что его расстрел был заменен 20-ю годами каторги, благодаря знакомому работнику НКВД.

Отправка на этап. Место назначения неизвестно, срок заключения тоже. Приговор (без следствия и суда) будет объявлен позднее. Три дня в поезде. Записка, написанная помадой и выброшенная из поезда, была получена сестрами автора.

Лагерь в Акмолинске – «АЛЖИР» (акмолинский лагерь жен изменников родины). Описание барака. Упоминание о женщинах, сходивших с ума от беспокойства за судьбу оставленного ребенка. Встреча со старинной подругой, их решение идти на самую тяжелую работу в надежде на сокращение срока, но дважды потеря автором сознания. Прибытие в лагерь большой группы врачей, некоторые из которых были автору знакомы. Общее количество женщин около полутора тысяч. Тяжелая работа «на кипятилке». Увеличение числа заключенных до пяти тысяч. Много знакомых, одна из которых видела ее арестованного мужа. Радость этой подруги, получившей известие о том, что ее дети, оказавшиеся сначала в разных детских домах, соединились и получили разрешение писать матери раз в месяц. Заболевание бруцеллезом большого количества заключенных. Перевод автора на некоторое время на работу по обслуживанию заболевших женщин, что позволило познакомиться со многими интересными людьми, в том числе и с оперными певицами. Работа в вышивальном цехе. Неожиданный разговор с одним из начальником лагеря, который предложил автору создать хор и написать письмо домой, чтобы родные прислали камертон. Посылки и деньги от родных, узнавших ее адрес. Сообщение о том, что сын автора живет у них. Энтузиазм при создании хора. Упоминание о выставке в Москве заключенных вышивальщиц. Концерт, организованный автором и имевший большой успех. (В Санкт Петербурге в Музее революции хранятся стихотворение, посвященное ей после концерта, сломанная дирижерская палочка и образец ее вышивки.)

Перевод в 1940 г. в медсанчасть Соликамского ИТЛ. Посещение барака с уголовниками, которое чуть не закончилось смертью автора, т.к. ее могли проиграть в карты. Случай с женщиной-врачом, которую они проиграли и чуть не убили топором, но промахнулись.

Предложение медперсоналу летом 1941г. сопровождать в Красноярский край более четырехсот стариков, в основном евреев и рижан, золотых дел мастеров и часовщиков, чтобы их комиссовать и отпустить. (Это не было выполнено: их свезли в глухой лагерь.) Пеший трехдневный этап от Соликамска до Перми.

Лагерь на станции Решетовка. Работа в клубе, запись на ноты песен, которые помнили женщины, постановка оперы «Наталка-полтавка». Гастроли по лагпунктам. Множество лагерных вышек, увиденных из окна поезда. Осознание того, что по всей Сибири расположены лагеря, а следовательно, их заключение – это не чья-то ошибка. Работа медиком на женском лагпункте. Нравы уголовниц. В 1943 г. поступление в лагерь 150-ти женщин, больных пеллагрой. Тяжелая работа по уходу за ними, которая помогла этим людям выжить. Конец срока в 1946 г. Помощь начальника лагеря после освобождения. Поездка, несмотря на запрет, в Ленинград, к сестре мужа, у которой жил сын автора. Безрезультатные попытки устроиться на работу под Москвой. Отъезд с матерью и сыном в Краснодарский край. Работа руководителем хора. Болезнь сына, в связи с чем поездка в Куйбышев к родственникам. Возвращение в станицу уже без сына и встреча с ним только в Витебске. Воспоминания о Витебске 1920-х годов, в частности о шпионе из группы Б.В.Савенкова.

Работа в отделе кадров. Повторные аресты людей, возвратившихся после пяти лет заключения, желание помочь им избежать ареста, для чего автор и некоторые другие кадровики прятали их личные дела. Перемена множества работ в результате увольнений, отчаяние, когда выгнали даже из цеха, где автор подметала опилки. Полное отсутствие средств к существованию. Решение просить о добровольном возвращении в лагерь уже с матерью и сыном. Убеждение себя, что на воле теперь труднее, чем там. Воспоминание о том, как хорошо к ней относились уголовники, особенно после того, как, работая в медпункте, посоветовала начальнику предоставлять выходной день тем, кто хорошо трудился, чтобы они не делали «замастырки» (сознательные увечья). Тогда же записка от одного из уголовников, отправленного из этого лагеря на Колыму, что ее мужа там нет в живых. Описание сцены в НКВД Витебска, когда со слезами, в истерике, требовала отправить ее с семьей в лагерь. Помощь сотрудника НКВД в устройстве на работу в облпотребсоюз, где автор проработала несколько лет и очень многое сделала для благоустройства города и области. Желание и невозможность поблагодарить этого человека, т.к. его вскоре посадили.

Известие о смерти Сталина, мать перед иконой, благодарящая Бога за избавление от тирана. Поездка в Москву с организованным автором коллективом самодеятельности, за что получила награду в виде путевки в кисловодский санаторий. Получение тогда же справки о реабилитации. Назначение пенсии за мужа-полковника, хотя он полковником был всего два месяца после понижения в ранге. Несмотря на реабилитацию, ощущение неполноценности, обида, тревога. Сожаление о том, что не знает, где могила расстрелянного мужа и есть ли она вообще, воспоминание о том, каким необыкновенным человеком он был и как его любили солдаты.

Бесплатная работа в течение пяти лет, затем работа в библиотеке в детском туберкулезном санатории, где автор проявила характерный для нее энтузиазм, о чем была написана статья в газете под названием «Лоцман в книжном мире». Материальная помощь от облпотребсоюза. Сравнительно благополучная жизнь, радость, что сын – студент, но предчувствие, что счастье скоро закончится. Огорчение из-за неудачной женитьбы сына, напряженные отношения с невесткой. Посещение автором и ее подругой могилы Хрущева, бывшей в запущенном состоянии. Возмущение автора, которая была благодарна тому, кто освободил репрессированных. Восстановление подругами порядка вокруг могилы, возложение цветов. Установление дружеских отношений со школьными подругами и однополчанами мужа. Поездка в Польшу, на родину предков. Переезд с помощью сослуживцев мужа в Петергоф, а позднее – в Ленинград. Житейские неприятности в жизни. Горькие мысли об одиночестве в 90 лет. Надежда на то, что выйдет книга ее воспоминаний еще при жизни.

119 листов, файл (присоединённый)
Энкель Ян, Шалико Азмайпарашвили, Фирсов, Федорова Мария Герасимовна, Федоров, Тухачевская Елизавета Николаевна, Турчинович Мария, Станиславский (Алекссев) Константин Сергеевич, Станислав Иосифович, Сосновик Оська, Собесский (Вероятно - Собевский), Скорбогатченко, Самар Константин, Руднева Зоя, Руднев Борис Иванович, Пугачев, Поваров, Певзнер Мося, Оловейникова Екатерина Александровна, Новицкая Маруся, Мухтарова Фатьма Саттаровна, Микеладзе Евгений, Маяковский Владимир Владимирович, Матвеева, Льевен Люси, Льевен, Лебедев Антон Иванович, Лацис Ян Янович, Кузнецов Михаил Александрович, Круглова Вера Ивановна, Круглова Анна, Кобзев, Клейн-Бурзи Владимир Александрович, Кахрс, Калнин (?), Иосиф Турчинович, Жарков, Евкова Евгения, Евгений, Дмитриев Владимир Иванович, Дзыза, Джапаридзе Кето, Галкина Екатерина, Владек (?) Иосифович, Верженский Юрий Иванович, Верженский Юрий Адамович, Верженский Адам Иванович, Верженская Янина Ивановна, Верженская Ядвига Иосифовна, Буденный Семен Михайлович, Блюхер Василий Константинович, Блажевич Ольга, Берия Лаврентий Павлович, Бедный Демьян, Баринова, Байе Лиля, Аппога Эрнест Фрицевич, Алеша
1. Воспоминания Ефимовой И.А.

Ефимова (Постникова) Ирина Алексеевна. Жена врага народа: Воспоминания. Б.м.; б.г. 12 с.

Воспоминания начинаются с 1936 года, когда происходят аресты комсомольских и партийных деятелей. Автор в то время освобожденный секретарь комсомольской организации Трикотажной фабрики им. Ногина, ее муж – инструктор МГК ВСКСМ.

Заседание районной комсомольской конференции Дзержинского района г. Москвы, во время которого объявили о том, что муж автора арестован, а она является женой врага народа.

После конференции обыск в комнате автора в присутствии секретаря комсомольской организации управления НКВД. Арест тогда же мужа, с которым автор больше никогда не увидится и о судьбе которого ничего не узнает. Сначала за потерю бдительности в отношении мужа исключение из комсомола, за которое проголосовали ее друзья (неуверенность по прошествии многих лет автора в том, что она не поступила бы в то время так же, как они), затем в горкоме комсомола ее восстановление и вынесение ей строгого выговора. Отказ автора в получении нового комсомольского билета, просьба вернуть старый, с 1926 года. В кладовке горкома комсомола груда отобранных комсомольских билетов, среди которых она находит свой.

Работа лаборанткой после освобождения от должности секретаря комсомольской организации. Смерть свекрови от горя после ареста сына. Присвоение органами половины обстановки комнаты. Через год, летом, когда ее дочь и мать на даче, арест автора. Опечатывание комнаты. Бутырка. Будка, где можно только сидеть. Женские крики во время снятия и сдирания колец и серег. Унизительный обыск, проверка, нет ли вшей. Камера. Мысль о том, что она-то «жертва истории», а другие заключенные, возможно, виноваты. Короткие сведения о сокамерницах. Несчастная заключенная, завербованная как осведомитель. Через пять месяцев приговор – пять лет ссылки. Упоминание о женщине, которую арестовали прямо в театре. Черный ворон, вагон, набитый до отказа заключенными. Три дня в пути. Куда везут, неизвестно. Остановка, вооруженная охрана с собаками, приказ всем сесть или встать на колени. Пересыльная тюрьма в Сызрани, несколько дней в одной камере с уголовницами. Опять черный ворон, вагон. Алма-Ата. Совхоз «Пахта-Арал». Сбор хлопка, за дополнительную плату – щипание «курака» (курак – коробочка хлопка). Поздней осенью отправка в г. Туркестан. Работа счетоводом-бухгалтером и жилье в 5 км от города. Доброжелательность казахов.

Исчезновение со стены железнодорожной столовой портрета Ежова. Пропажа иллюзии о том, что Сталин ничего не знал о репрессиях.

Начало войны. Тревога о близких. Известие о том, что мать с дочкой и семьей сестры эвакуированы в Елабугу. Заявление автора на имя нового начальника НКВД с просьбой отпустить для поездки за семьей. Разрешение ехать не через Куйбышев, а через Ульяновск. Одалживание денег, сушка сухарей на дорогу. Вместо документов справка, что очень беспокоит автора в дороге. Возвращение семьи в г. Туркестан. Работа уже заместителем главного бухгалтера. Среди ссыльных корейцы, поляки. И чеченцы: старики, женщины, дети – их особенно трудное положение: голод, тиф. Мысли автора о том, что их «привезли на вымирание».

В 1943 году конец срока ссылки, но продолжение той же жизни там же без паспорта. В 1945 году выдача паспорта с ограничением мест проживания. Намек начальника (о чем автор вспоминает с благодарностью), что о ссылке можно нигде не упоминать. Потеря паспорта, получение временного без соответствующего параграфа об ограничениях.

Поездка с дочерью в Москву через Сызрань. Временная прописка в Москве с помощью академика, друга отца. В ноябре 1945 года переезд в Ригу, где было проще с жильем и работой. Нежелание предпринимать никакие хлопоты по реабилитации после XX съезда партии. Похороны вернувшегося из ссылки в Москву бывшего секретаря райкома ВЛКСМ, на которых старые друзья вспомнили об авторе. Их письма в Ригу. Радость автора при их получении. Переезд в Ленинград. Рождение внука. Впервые слезы, вызванные передачей по радио материалов XXII съезда. Реабилитация автора и посмертная – ее мужа. Ночные кошмары. Заверения автора в верности ее и ее друзей прежним идеалам.

12 листа, файл (присоединённый)
1. Воспоминания Голынца М.Т.

Воспоминания в этой тетради охватывают период с конца 1935 года по март 1938 года и внезапно обрываются.

Автор – москвич, библиотечный работник, обвиненный в гомосексуализме.

Нововведения, предпринятые автором: назначения новых заведующего производством и бригадира; разрешение работниками столовой есть сколько угодно, но запрещение готовить для себя отдельно; пристальное внимание к внешнему виду обслуги и т.д. Вероятно, в столовой СКОЛПа питались и вольнонаемные и заключенные, судя по требованиям, предъявляемым к качеству пищи. Случаи, когда миска с едой швырялась в лицо повару (наверное, уголовниками). Стахановцы. Встречи их в столовой оркестром. Улучшенное питание для них. Удовлетворенность начальства работой автора. Внезапное посещение столовой начальником ГУЛАГа Берманом. Его недовольство тем, что находящиеся в столовой не встали при его появлении.

Неожиданная встреча с близким приятелем, вхожим в литературные круги Москвы, причиной ареста которого был рассказанный в кругу друзей анекдот. Результат – 5-летний срок, Бамлаг. Рассказ приятеля о том, что в агитбригаде Бамлага много москвичей, репрессированных за анекдоты или гомосексуализм.

Новое назначение заведующим столовой для вольнонаемных, работающих на стройке Зейского моста. Требования строителей, работающих в особо тяжелых условиях, чтобы еда в столовой была высококалорийной. Необходимость выполнения этих требований в виду того, что строительство должно было быть закончено в течение одного года, отсюда огромная ответственность автора за работу в столовой. Торжественное открытие моста.

Назначение заведующим столовой ИТР, которая обслуживала преимущественно з/к, работавших в главном управлении Бамлага. Описание помещения столовой. Питание, не сравнимое с другими столовыми. Нормы, увеличенные в полтора раза, более качественные продукты и т.д., в связи с тем, что это были высококвалифицированные инженеры. Активность автора в наведении порядка в столовой, борьба с разгильдяйством, нечестностью, пьянство.

1936 год. Закрытие столовой. Опять СКОЛП. Новогодний банкет и бал вольнонаемных и работников НКВД в помещении столовой. Безобразное поведение энкавэдэшников.

1937 год. Известие о судебном процессе над Бухариным, Рыковым и другими, вызванный им страх в среде итееровцев, что их отправят на обычные работы. Появление машин с новыми политическими заключенными.

Слухи о расправах над духовенством. Размышления автора о судьбе его брата, священника, отца пятерых детей. Тяжелые мысли, что его забыли родные, так как он не получал ни посылок, ни писем.

Приближение срока освобождения. Вызов к начальнику снабжения Бамлага, его предложение автору работать после освобождения вольнонаемным заведующим столовой Управления. Его предупреждение о том, что работать на «культурном фронте» тот не сможет. Отказ автора.

Продолжение работы в столовой. Распоряжение автора излишки рыбы кеты, от которой отказались некоторые итееровцы, так как она им надоела, передать лагерникам. Радостное настроение в связи со скорым освобождением. Арест автора. Обыск в бараке. Дошедшие до автора слухи, что лагерники отравились рыбой. Камера. Соседи-уголовники. Обвинение в умышленном отравлении людей. Появление в камере охранника СКОЛПа. Его рассказ о том, что при отравлении не было смертельных случаев, что ходят случаи – лагерники объелись рыбой. Решение начальства устроить по этому делу процесс. Допрос. Рассказ охранника о том, как расстреляли 200 политзаключенных, о том, что начальники Бамлага присутствовали при расстреле, о том, что они внезапно накинулись на несчастных и стали их жестоко избивать, что даже охранники были в ужасе от происходящего, что избиение и расстрел длились с 10 часов вечера до 8 часов утра, что лично он арестован за то, что не проявлял энтузиазма во время расстрела.

Отправка в карьер на изнурительную ночную работу. Бунт заключенных, требующих заменить 12 часов работы на 10. Физические мучения от геморроя. Отправка автора в еще более страшную зону – «зону отказников», хотя он отказником не был, где большинство были уголовниками. Страшные сцены в бараке. Горькая судьба умирающего соседа, интеллигентного юноши, уже три месяца не поднимающегося с нар в результате голодания – 300 граммов пайка хлеба. Рассказ о нравах уголовников, их пение хором, об игре в карты, когда проигравший должен убить начальника. История убийства начальника.

Неожиданное возвращение на работу в карьере. Отправка группы лагерников, наиболее добросовестно работавших почему-то в «изолятор», т.е. на самый ужасный участок работы. Задание – вытаскивать из котловины огромные бревна, «баланы». Ненависть бригадира-уголовника к автору за его интеллигентность, издевательства. Встреча с братом, которую разрешил охранник. Желание покончить с собой. Покровительство одного из уголовников. Фурункулез. Неожиданная посылка с чесночным экстрактом, видимо отправленная освободившимся братом. Работа на погрузке леса. Постоянные богатые посылки, получаемые украинцами, которые никогда ни с кем не делились. Ночная облава урок на украинцев с присвоением их посылок.

139 листов, файл (присоединённый)
1. Воспоминания Гросблата А.С.

Воспоминания отмечены несомненным литературным талантом. Замечательные описания северных пейзажей Колымы.

Начало воспоминаний – попытка осмысления причин массовых арестов на московском электрозаводе им. В.В. Куйбышева, где автор работал заместителем заведующего ОТК и был одним из самых энергичных и творческих инженеров. Сравнение судебного разбирательства 1929 года по первому обвинению автора во вредительстве на предприятии в г. Великие Луки, закончившегося полным его оправданием, так как суд, по мнению Гросблата, был тогда заинтересован в честном разбирательстве, со следствием в 1937 году, когда была одна цель – во что бы то ни стало «найти и обезвредить врага».

Автор – польский еврей, родившийся в 1897 году в Варшаве, принимавший участие в революции, служивший в польской армии, в 1922 году нелегально перешедший границу и добровольно ставший гражданином советской России, что, безусловно, стало причиной ареста. Вторая причина – его заинтересованное, творческое отношение к своей работе, борьба с безразличием к общему делу, приведшая к враждебности со стороны тех, кого осуждал автор.

Увольнение автора с работы. Арест его 20 августа 1937 года ранним утром на даче под Москвой. Предложение автора оперативнику принять участие в завтраке, от чего тот не отказался, будучи настроен вполне миролюбиво. Посещение московской квартиры автора для обыска. Явный интерес одного из оперативников к квартире арестованного как своему возможному будущему жилью.

Бутырская тюрьма. Поездка для допроса на Лубянку, требование признания в том, что арестант перебежал советско-польскую границу с целью контрреволюционной деятельности. Угрозы. Отказ автора от признания своей вины. Опять камера в Бутырке. На 160 с лишним человек (вместо положенных 30) несколько десятков поляков. Появление в камере новичка, секретаря редакции газеты «Трибуна Польска». Его самоубийство из-за страха дальнейших пыток и мук совести, так как он выдал несколько человек на допросе. Чтение приговора после двухмесячного пребывания в тюрьме. Приговор по ОСО – 10 лет ИТЛ, что, по словам сокамерника, было нормой при осуждении бывших граждан Польши.

Трехмесячный этап на восток. Битком набитый вагон, где поначалу можно только стоять. Заключенные – в большинстве своем политические, но есть и уголовники. Выбор старосты. Организация лекций и докладов. Неожиданная минутная встреча во время этапа с женой, тоже арестованной. (Дочку, которую полагалось отправить в детский дом, спрятала у себя бабушка.) После прибытия во Владивосток выяснилось, что последний пароход ушел. Пересыльный лагерь во Владивостоке, где автор встречается со старым товарищем, поляком, тоже революционером. К весне в лагерь привозят большую партию китайцев. Погрузка людей в трюм баржи. Через несколько дней – пересыльный лагерь в бухте Нагаева. Барак на 200 человек.

Дорога на прииск в Верхнем Ат-Уряхе. Изнурительная работа в забое по 12 часов, от тяжести которой умирали лошади, недостаток питания. Расстрел заключенных, не выполнявших норму. Возникновение флегмоны, больница. Помощь знакомого врача, благодаря которой он выжил. Переход в разряд «доходяг», отправка на «более легкую» работу на лесоповале. Образное описание жульничества зэков на лесоповале для выполнения 100% -ной нормы. Опять забой. На этот раз работа по транспортировке породы из забоя коробами. Автор вносит рацпредложение по улучшению работы. Организаторские способности автора, профессиональные знания и независимость характера замечены начальством. Отказ автора работать в забое. Вместо наказания неожиданное назначение на работу конструктором. Работа у начальника ОЛПа по механизации забоя. Перевод на строительство плотины. Проектирование механизмов, которое делает автора известным за пределами данного участка, в связи с чем его перебрасывают с прииска на прииск.

Описание празднование Первого мая в лагере в Верхнем Ат-Уряхе, и расправы со злобным, пытавшимся выслужиться у лагерного начальства десятником. Помощь знакомого доктора с отправкой с этапом в Хаттынах, чтобы автор не попал опять в забой. Автор не раз упоминает о помощи зеков друг другу.

Хаттынах – центр Северного управления. Работа конструктором на строительстве подвесной железной дороги, расконвоирование. Опять прииск, «Ат-Урях». Работа в забое. Заболевание фурункулезом. Неожиданная переброска в управление Доротделом для работы с технической документацией. Опять отправка на дорожные работы. Фамилия Гросблат в списке отправляемых на прииск. Самовольный уход ночью назад, в Доротдел, в надежде на обещанную работу механиком. Наказания не последовало. Временная работа поваром.

Война. В первые дни после начала вой¬ны и выступления Сталина, неприязнь между зеками и вольнонаемными ис¬чезла, все стали «одним народом». КВЧ объявляет, что заявление об отправке на фронт будут принимать от всех. Но, оказалось, Родина в зеках не нуждается, а лагер¬ный режим ужесточился.

Работа на лесоповале. Обморок от голода и холода зимой 1941 года. Санчасть. Выздоровление благодаря заботе знакомого лекпома. Прииск «Ягодный». По настоянию начальника Доротдела назначение на работу конструктором. Перевод инженером на Эльгенскую железную дорогу. Конструирование вагонов. Увлеченность работой. Направление в Оротукан, на завод горного оборудования, откуда отправка на Эльген, затем опять на прииск «Ягодный» в ЦРМ (Центральные ремонтные мастерские), где нужда в знающих инженерах. Работа в кузнечном цехе. Внедрение автором новой технологии, которую стали использовать и другие заводы Дальстроя. В Эльгене автор встречает работавшую с ним в Москве на заводе Таню с сестрой и узнает о том, что на заводе забрали всех с иностранными фамилиями.

ЦРМ (Центральное ремонтные мастерские), где автор занимается конструкцией и организацией работ по изготовлению кузовов для под¬возки угля из забоя к электростанции. Переброска в Оротукан на завод, где изготовлялись вагоны (опять организация работ и конструирование). В 1945 г. вернувшись на свой ОЛП (Элген), автор был опять направлен в ЦРМ в Ягодное, (потом Ягодинский ремонтный завод) в долине реки Дебин, притока Колымы. Рассуждения автора об отношении к работе зеков волнонаемных, организации производства, о подлости и безграмотности.

20 августа 1947 года конец срока заключения. Нежелание начальства отпускать Гросблата. Препятствия при оформлении документов для отъезда. Работа там же уже вольным инженером. Работая при Северном управлении, автор посещает почти все прииски. Дело врачей. Докатившееся до Колымы с материка эхо антисемитизма. Рассказ о спец. строительстве на прииске «Тангара» за пятиметровым забором, ко-торое было взорвано после смерти Сталина.

Ходатайство через освободившуюся к тому времени жену об увольнении по собственному желанию. Распоряжение из Магадана об удовлетворении просьбы. Опять уговоры начальства, чтобы остался у них инженером. Сопротивление автора нажиму. Согласие на восьмимесячный отпуск.

Москва. Встреча с женой, дочерью, друзьями. Трудности с устройством на работу, пропиской. Слухи о повторных арестах. Решение в связи с этим вернуться на работу в Дальстрой. Работа в «Ягодном». Смерть Сталина. Автор увольняется из Северного управления. Переезд в Москву. Борьба за существование. Заявление прокурору Руденко с требованием пересмотра дела. 7 мая 1955 года прекращение дела «за отсутствием состава преступления». Ордер на комнату в коммунальной квартире в Москве. Воссоединение семьи. Автор стоит перед выбором – выход на пенсию или работа. Решается уйти на пенсию, хотя хотел бы работать.

файл (присоединённый)
1. "Хождения по мукам", воспоминания Бирули Л.М.

Автор – пенсионер, в прошлом инженер-путейщик, заведующий кафедрой в омском Институте инженеров путей сообщения. Воспоминания написаны после прочтения в газете «Известия» от 7 октября 1988 г. статьи под названием «Горькая память». Выходец из Западной Белоруссии, он был репрессирован в связи с подозрением, что заброшен в Советский Союз с целью свержения советской власти. Автор – человек, измученный не только пребыванием в заключении, но и жизненными испытаниями, выпавшими на его долю после освобождения, получивший первую группу инвалидности еще в лагере. Отсюда взволнованный и очень сумбурный рассказ о годах, проведенных в лагере и после выхода из него.

Начало воспоминаний – перечисление групп граждан, подвергавшихся репрессиям с 1937 по 1945 гг. Арест 5 октября 1937 г. во время командировки из Омска на реконструкцию дороги Москва-Харьков. Допрос, во время которого из коридора в кабинет, где были, видимо, специально для устрашения открыты двери, доносились крики истязаемого человека. Второй допрос, который велся следователем, известным своим садизмом. Сообщение обвиняемому, какими методами будет вестись дознание: «стойкой», избиением, выдерживанием под холодным душем и пребыванием в яме со зловонной водой, где он «подохнет». После трех-четырехдневного наказания «стойкой», которое проводили попеременно в течение 24 часов в сутки три следователя, почти в бессознательном состоянии признание арестованного в его контрреволюционной деятельности. Описание пребывания в тюремной камере. Описание этапа, предшествующего водворению в лагерь, в результате которого у автора были отморожены руки и ноги, так как на нем была летняя одежда, та же, что и при аресте, а четыре километра до станции шли при сорокаградусном морозе. Прибытие в лагерь Севжелдорлага в январе 1938 г. Описание чудовищных условий жизни в нем. Способы, к которым прибегали бытовики, чтобы не выходить на работу. Вынесение приговора – 10 лет «с отбыванием наказания исключительно в северных тяжелых лагерях». Письменное сообщение жене о сроке, просьба забыть его во имя сына, устраивать свою жизнь по-новому. Рассказ о мытарствах жены после его ареста, о ее тяжелой болезни, приведшей к смерти, о сыне, который оказался в детском доме. Перевод из Севжелдорлага в Ухтижимлаг для проектирования работ по строительству железной дороги на участке, где велась добыча ухтинской нефти и радия. Назначение на очень ответственную должность начальника производственно-технической части стройки. Признание его проекта в высшей степени удавшимся, за что была выплачена небольшая (по сравнению с премией главному начальнику) сумма в размере 75 рублей. Посылка основной части заработка семье, пока они еще жили дома. Борьба между Ухтижимлагом и Севжелдорлагом за ценного инженера. Перевод автора вновь в Севжелдорлаг. Приезд в лагерь на свидание жены в то время, когда автор заболел дизентерией. Предоставление для свидания лагерным врачом своего кабинета. Выдворение жены из лагеря зверствующим начальником, узнавшим об этом. Голод в лагере. Гибель людей от цинги и пеллагры. Два страшных случая: изголодавшийся лагерник на глазах людей съедает живого котенка, а братва – труп человека, только что упавшего с моста вниз, где шла работа. Употребление весной в пищу сморчков, от чего некоторые умирали из-за невозможности и неумения их приготовить. Уверенность в том, что, если бы не инженерная работа, смерть была бы через несколько месяцев неминуема. Получение первой группы инвалидности. Палата для умирающих. Самовольный уход из больницы на несколько часов (имелся пропуск), чтобы поесть таежной ягоды, которой было в лесу много, благодаря чему не умер.

1942 г. – конец лагерной жизни. Невозможность устроиться на работу после заключения. Запрет на учительскую работу. Жизнь в доме двоюродной сестры вместе с сыном, забранным из детского дома. Просьба поэта Якуба Колоса, депутата ВС БССР, родственника автора, в Верховный Совет Белоруссии о восстановлении автора в школе, которая была удовлетворена. Судебное дело по поводу наследства, в результате чего было принято несправедливое решение, по которому Бируля многие годы должен был расплачиваться по предъявленному ему иску. Опять решение райкома партии о запрещении заниматься ему педагогической деятельностью. Заступничество секретаря обкома, так как из школы были даны положительные отзывы о работе автора. Требование НКВД о периодическом представлении характеристик с работы. Поступление сына, закончившего школу с медалью, в институт. Реабилитация после смерти Сталина. Выход на пенсию. Несмотря на то, что автор подошел в воспоминаниях к подведению итогов своей жизни, внезапный переход опять к описанию лагерных дней. О попытках заключенных поднять бунт, который для них закончился плачевно. О тайном, закрытом лагере, требования к работающим на железной дороге бригадам ложиться ничком и не смотреть, когда этапируемых заключенных выгружали из поездов. Слухи о том, что они там не работали, а сам лагерь был уничтожен. Ничтожная часть людей была отправлена в Колыму и Воркуту, остальные погибли на месте. Сообщение о судьбе репрессированных родственников и знакомых. Опять возвращение воспоминаний к грустной судьбе своей жены, о своей лагерной переписке с воспитательницей детского дома, где находился сын, о ее увольнении за это с работы. Сетования автора на то, что никто не был наказан за несправедливые аресты и чудовищные обращения с невинными людьми в лагерях. Рассказ об одном случае, который произошел в лагере с автором во время его работы на строительстве и который чуть не привел к очередному судебному делу.

Конец воспоминаний – сообщение об односельчанах деревни Николаевщина, которые бежали от польских панов в 20-е годы в Советский Союз и которые пострадали в 1937 г. : кто был расстрелян, кто умер в тюрьмах и лагерях.

39 листов, файл (присоединённый)
1. Воспоминания Волошина С.И.

Автор, арестованный в Ленинграде в январе 1942 года, подписавший выдвинутые против него обвинения и тем самым, по-видимому, избежавший пыток, не сообщает о том, в чем конкретно его обвиняли.

В начале воспоминаний он рисует работу репрессивного аппарата в Ленинграде, которая приобрела особенно угрожающие размеры после смерти С.М.Кирова. Письмо автора Сталину И.В. в 1937 году с вопросом о причинах «убийства лучших коммунистов, большевиков, комсомольцев». Рассказ о ленинградской квартире на Невском, где был притон энкаведешников. О голоде 1932 года, об очень тяжелом положении его братьев, о его поездке в связи с этим в Ростов, где увидел «страшную трагедию народа». Для спасения родственников устройство в Майкопе в лабораторию мукомольного комбината. Описание страшных картин в осажденном Ленинграде. Вскоре после ареста приговор – 10 лет лишения свободы. Тюрьма «Кресты». Камера, где около ста заключенных. По словам автора, «в ней находилось 15-20 людоедов». (Было ли такое на самом деле или в некоторых приведенных фактах есть доля преувеличения или даже мрачного фантазирования? Как, например, упоминание о том, что камеры не закрывались на ключ и заключенные могли ходить свободно по коридорам, а некоторые поднимались на купол и бросались вниз, кончая жизнь самоубийством. – Ред.)

Воспоминания прерываются 11-ю пунктами обвинения И.В.Сталина за совершенные им преступления.

В июне 1942 года этап в г. Соликамск. Чудовищные картины происходящего в зоне. Прибытие в лагпункт «Березово», а затем – в «Булатово». Из 200 человек, прибывших в Соликамск, осталось около трети. В 1943 году этап в лагерь «Кушпели» [так к тексте. – Ред.], по словам автора «лагерь смерти». Обыск и осмотр голых людей на сорокаградусном морозе. Голод в лагере, где умирало до 100 человек в сутки. Издевательства над заключенными начальника лагеря Михальченко, который «за отличную работу» был назначен начальником управления Ныробских лагерей. Назначение нового начальства в лагерь «Кушпели», которое заботилось об улучшении участи зэков (нач-к лагеря – Макаренко, нач-к санчасти – Коган). Перевод в лагерь «СИМ» [так тексте – ред.], в котором умирало, по словам автора, по 800 человек в месяц. Работа по 12 часов в лесу. Норма похлебки – 25 граммов за каждый спиленный куб леса. Обессиленный, автор отрубает себе пальцы на левой руке. Перевод в Ныробские лагеря, которыми управлял тот самый Михальченко. Описание ужасающего положения зэков. Упоминание о том, что в лесу, за пределами зоны, под открытым небом жили те, кто во время войны оказался на оккупированных территориях, в том числе женщины и дети. Рассказ о начальнике охраны изолятора, приходившем три раза в день в изолятор и расстреливавшем по одному зэку. Перевод в лагпункт «Ванькино». Власовцы-охранники, отличавшиеся особенной жестокостью. Побег в 1946 году 18-ти бывших военнопленных, которых после поимки затравили власовцы-собаководы. Третирование при поддержке начальства ворами в законе зэков, которые ночью атаковали их барак и убили 36 человек. Перевод в связи с этим политических заключенных, по словам автора до 500 человек, в лагпункт «Новое». Работа хлеборезом. Через полгода лагпункт «Головная». Этап на лагпункт «Глубоковская», т.к., работая в строительной бригаде на ремонте кабинета секретаря парткома, сорвал со стены портрет Берии Л.П. и бросил его на пол. Заключенные в основном литовцы, латыши, эстонцы. Посещение лагпункта начальником Михальченко, который, вспомнив Волошина, отправляет его в изолятор лагпункта «Ванькино», при этом надзиратель гонит туда автора босиком в нижнем белье по снегу шесть километров. Этап на «Новую» благодаря освобожденному от заключения директору Сталинградского завода.

Освобождение после смерти Сталина. Выдача в Ленинграде «волчьего паспорта», отправка на 101 км с угрозами повторного ареста при попытке вернуться в город. Невозможность устроиться на работу. Явка в НКВД г. Батайска Ростовской области с просьбой отправить снова в лагерь. Прописка в Батайске и работа там на заводе «Красный молот». Вызов в «Большой дом» в Ленинграде, справка о реабилитации. Возвращение в 1955 году в Ленинград и работа в течение 30 лет [так в тексте – ред.]. Начальником цеха на заводе «Госметр».

В конце воспоминаний сообщение данных, полученных, по словам автора, от начальника кадров Ныроблага: на 1949 г. при ГУЛАГе было 525 управлений лагерями, 25 тысяч лагерей, 25 млн. заключенных.

Приложение – обращение к депутатам Ленсовета с призывом создать «в сером доме» на Литейном проспекте музей-памятник для напоминания о свершенных преступлениях и «очищения совести» виновных в них.

файл (присоединённый)
1. Воспоминания Акулова В.К., написанные в марте-апреле 1993 г.

Воспоминания инженера, удостоенного в 1987 г. звания Лауреата премии Совета Министров СССР в области науки и техники, о его пребывании в ленинградской «шарашке» с января 1952 г. по апрель 1953 г. В предисловии «От автора» полемика с теми, кто испытывает ностальгию по «твердой руке». Беллетризованное начало, в котором автор романтически описывает безмолвный контакт выходящих на прогулку молодых людей, работающих в «шарашке», с девушками из общежития ГОМЗа, наблюдающими за ними из окна.

Очень краткие сведения о жизни в провинциальном городке Липецкой области, учебе в ленинградском Институте водного транспорта. Главная роль в розыгрыше одного из студентов, которого уверили в том, что он слушает запрещенный тогда «Голос Америки» (это удалось сделать с помощью репродуктора и усилителя приемника). Арест. Первый допрос, во время которого он узнает, что по этому же делу арестован студент Беспалов. Требования свидетеля назвать того, кто их «толкнул на это дело». Очная ставка с Беспаловым, которого было трудно узнать. Унизительная процедура обыска. Описание тюремной одиночки. Угрозы надзирателя карцером за то, что заключенный во сне прикрывает лицо от яркого электрического света. Ночной допрос. Те же вопросы. Наблюдение надзирателя за тем, чтобы днем арестованный не задремал. Изощренные издевательства следователя над курящим. Пачка папирос на его столе, хотя сам не курил. Обещание пачки в награду за признание своей вины. «Подсадная утка» в камере. Чтение следователем на допросе заключения начальника радиостанции Балтийского пароходства о возможности передачи голоса из одной комнаты в другую, совпадающего с показаниями обвиняемого, что сыграет положительную роль в его дальнейшей судьбе – работе в «шарашке». Признание измученного автора в своей вине. Суд над автором и его подельником, студентом Беспаловым. Приговор автору – 10 лет с поражением в правах на 5 лет. Общая камера во внутренней тюрьме «Большого дома». Знакомство с заключенными, большинство которых привезли из лагерей как свидетелей. Находчивость зэков: разговор с помощью унитаза с женщинами из соседней камеры, добывание огня трением с помощью валиков ваты из ватника и т.д. Перевод в «Кресты». Чтение «Клима Самгина» Горького, удивление мягким приговором Самгину за его деятельность – высылкой в имение родителей. Предложение следователя работать и учиться в заключении (результат характеристики следователя, где указывалось на знания осужденного радиотехники). Подробное описание быта ленинградской «шарашки». Предложение стать осведомителем. Отказ автора. Краткий рассказ автора об истории создания «шарашки» в «Крестах» и о направленности работ в ОКБ-172. При всех положительных сторонах отбывания срока в ОКБ, огромный недостаток по сравнению с лагерем – отсутствие системы зачетов. Смерть Сталина. Тревожная реакция на известие заключенных. Их молчание по поводу этой смерти. Встреча с Беспаловым, работающим в «шарашке» под Москвой, около Красногорска.

Решение о расформировании всех спецобъектов и использовании квалифицированных специалистов по-прежнему в заключении (в СТБ – специальном техническом бюро). Лагерь под Ленинградом «Металлострой». Краткое описание жизни в бараке. Работа в проектном отделе. Письменные жалобы автора на несправедливое осуждение. Ответ один – «Осужден правильно». Указ Президиума Верховного Совета СССР об условно-досрочном освобождении заключенных, отбывших две трети срока наказания и проявивших себя с положительной стороны. Организация автором в лагере оркестра духовых инструментов. Присутствие на репетиции замначальника лагеря, майора НКВД, проявляющего «политическую бдительность».

Летом 1955 г. пересмотр дела автора, решение о слишком большом сроке наказания, назначение 5-летнего срока вместо 10-летнего и немедленное освобождение, так как срок 5 лет уже истек.

Посещение Института водного транспорта, выражение при встрече сочувствия автору деканом судомеханического факультета и директором института. При вручении дипломов на банкете тост декана за инженера Акулова В.К., который получает «выстраданный им диплом». Работа в течение 33 лет в ленинградском отделении ВНИИ «Асбестцемент». Лишь в 1964 г. реабилитация. Выход на пенсию. Периодически сны о том, что автор снова оказывается в тюрьме.

файл (присоединённый)
1. "Семнадцать лет кошмара", 1 книга Соколова Ю.Н. в дилогии "Хроника одной жизни жизни"

До 1938 года (с этого времени начинаются воспоминания) работа строителем и вечерами учебы в строительном институте. Арест в январе 1938 года. Ночной обыск. Изъятие «Записок революционера» Кропоткина. Допрос в Лубянской тюрьме. Крики за дверью (Имитация криков для устрашения?). Угрозы. Переправка в «черном вороне» в Таганскую тюрьму. Из-за тесноты обмороки некоторых заключенных. Унизительный обыск в тюрьме. На телах заключенных следы избиений резиновыми палками. В камере 120 человек вместо допустимых 50. Описание распорядка в тюрьме. Следствие. Следователи те же, что и в Лубянской тюрьме. Избиения. Лазарет. Начало голодовки. Перевод в другую, общую камеру. Продолжение голодовки. Перевод опять в одиночную камеру. Ночные галлюцинации. Окончание голодовки. Опять перевод в общую камеру. Описание Таганской тюрьмы. Стремление людей использовать свободное время для самообразования (лекции, дискуссии, игра в шахматы, сделанные из хлеба). Перевод на Лубянку в подвальную камеру, где людей пытали жарой. Опять допросы с избиением. Отказ подписывать обвинения, возбужденны против других людей. Слухи, что снимают Ежова, некоторое уменьшение количества избиений.

Часть II. «Действительность как дикий сон. 1938-1946 годы». Пересылка. Прощание с Москвой через зарешеченный верх «черного ворона». Пульмановские вагоны с пулеметами на крышах. Следование в переполненных вагонах в течение 23 дней до Владивостока. Владивостокская пересылка. Множество смертей. У многих заключенных куриная слепота от отсутствия витаминов. Переправка в шаландах на пароход «Индигирка». Общее количество человек на пароходе – 4 тысячи.

Прииск «Утиный» в 500 км от Магадана. Работа в забое, затем маркшейдером. Описание ужасающих «банных» дней. Работа на приисках им. Ворошилова, им. Гастелло, на строительстве электростанции. Напрасные надежды на досрочное освобождение. Отправка на прииск «Джалгала». По дороге встреча с чехами, которые, спасаясь от немцев, перешли границу СССР и попросили убежища, но были арестованы и отправлены на Колыму. Опять этап на Магадан. Руководство строительными работами. После войны доставка на Колыму десятков тысяч новых заключенных. Прибытие бумаг на освобождение. Задержка начальством, не желающим отпускать грамотного строителя.

133 листа, файл (присоединённый)
Якушкин, Яворовский, Шайнфельд (Шейнфельд), Царев, Хохряков Виктор, Фриновский Михаил Петрович, Утевский Марк Павлович, Тоншев Виктор, Титов Николай федорович, Тимошкевич Ян Карлович, Тимофеев Владимир Алексеевич, Стриморнуло, Стрельцов, Стеклов Владимир Юрьевич, Соколов Юрий Николаевич, Смирнов, Скрипник, Саренский, Рязанов Павел, Розанов Алексей Николаевич, Рогозин Александр Михайлович, Пряничников, Плющ, Пищулин Иван Иванович, Орджоникидзе Григорий Константинович (Серго), Никиткин, Матусевич Иосиф, Маргорьян, Маклаков Израил Наумович, Лодыгин Дмитрий, Лобза Василь, Ласточкин Александр, Козлов, Киров Сергей Миронович, Изкоев, Иван "Цыган", Зимин Юрий Николаевич, Забелин Александр, Еффе, Ежов Николай Иванович, Долгорукий, Гуревич, Гридасова Александра Романовна, Григорьян, Горький Максим, Глезер, Гаджаев, Вышеславцев Сергей, Ворошилов Климент Ефремович, Ванд Зиновий Михайлович, Буденный Семен Михайлович, Барклая (Барклай) Илья Андреевич (Митрофанович), Бабий-Корень, Адлер Марк Самойлович
1968
1. Воспоминания Лисовца Г.А.

Автор, родившийся в 1924 году в старинном селе Березань на Украине, рассказывает о своей жизни и жизни своих родных до угона его в Германию: об убийстве немцами в 1918 году деда за то, что не дал их лошадям пшеницы, о мытарствах родителей во время коллективизации, о стараниях отца и матери спасти своих детей от голодной смерти, о том, как, будучи подростком, пас личный скот односельчан, как в начале войны перегонял скот в тыл, как копали окопы в Черниговской области, об отступлении через Березань советских войск и гражданского населения, о приходе в село немцев, о 20 местных жителях, пошедших служить полицаями, о том, как по-разному вели себя эти люди по отношению к односельчанам (Охрименко Тихон, начальник полиции, не раз защищал односельчан), о расстреле солдат, скрывавшихся от немцев в этом селе, об убийстве соседом отца, который упрекал его за мародерство (вдоль дороги при отступлении оставалось множество трупов), о том, какую работу приходилось выполнять автору при немцах, о различных эпизодах, происходивших с ним в то время и чуть не стоивших ему жизни.

Приказ немецкого командования о мобилизации жителей 1924-1925 гг. рождения на работу в Германию, под который попали автор и несколько его сверстников-односельчан.

Следование поезда до Перемышля. Определение комиссии, кого куда направить на работу.

Жизнь у бауэра Брауна в районе г. Касселя. Подробное описание разных видов работ, которые выполнял автор. Конфликт с немецким приказчиком, в результате

которого арест автора и еще 4-х русских работников. Тюрьма в Марбурге. Расстрел всех, кроме автора, которого как главного зачинщика в течение почти 5 месяцев подвергали жестоким побоям и пыткам. Освобождение благодаря просьбе хозяина, который очень ценил автора как работника.

Бомбежка американцами г. Касселя. Работа по разборке завалов и уборке трупов. Вербовка в армию Власова. Отказ 8-ми человек, в том числе и автора. Рытье окопов под г. Кобленцом. Продолжающиеся бомбежки американцев. Неудачный побег на лодке. Отправка рабочих на поезде из обстреливаемого города. Бомбежка состава. Этап, во время которого автор бежал. Встреча с таким же, как он, беглецом в лесу. Жизнь в течение 3-х дней в доме приветливой немецкой женщины.

Освобождение американцами. Их намерение отправить автора и его друга в лагерь для перемещенных лиц. Просьба остаться в американском лагере. Работа на кухне до конца войны. Комендатура в г.Галле, затем проверка в г. Вернице, призыв в армию, военная служба.

Возвращение в 1947 году домой. Переписка после войны с женой Генриха Брауна. Сообщение о некоторых событиях в судьбе прежних немецких хозяев.

После воспоминаний коротко о своей дальнейшей жизни: демобилизация в 1947 году, работа конюхом, учеником слесаря, трафаретчиком и учетчиком в транспортной бригаде, бригадиром в колхозе. В 1969 году переезд в Ленинград, женитьба, работа плотником.

файл (присоединённый)
1. Воспоминания Померанца С.Ш. 1979-1980 гг.

Воспоминания охватывают жизнь автора до 1980 г. Родился в 1897 году в бедной еврейской семье в местечке (Брестская область). Описание тяжелой жизни семьи. Вынужденный отъезд отца за границу в надежде найти там работу. Сведения о том, что, находясь в Лондоне, он тяжело заболел. Поездка к нему матери. Ее отсутствие в течение трех лет. Жизнь с бабушкой и дедом. По возвращении – с матерью, вышедшей замуж за вдовца, обремененного детьми, в местечке Шерешево (Белоруссия). Ужасающая бедность, издевательства над мальчиком детей отчима. Невозможность платить за его обучение в хедере. Осваивание портновского дела. Уход из семьи. Работа у разных хозяев в г. Белостоке. Непосильный для мальчика труд.

В 1913 году намерения к празднику съездить к матери. Приобретение билета до Бреста через Беловеж. Прибытие в этот город Николая II, в связи с чем высылка евреев. Отсутствие денег, чтобы купить другой билет. По совету знакомых извозчиков едет в поезде под скамейкой, и затем выпрыгивает до остановки. Арест. Подозрение в терроризме. Короткое посещение матери. Возвращение в Белосток в одном поезде с Шолом-Алейхемом, которого ожидала торжественная встреча на вокзале.

Работа в швейной мастерской с утра до позднего вечера. Огромное желание научиться читать на русском и немецком языках. Ночные занятия по книгам дочери хозяина.

Первая мировая война. Приход в Белосток немцев. Мобилизация на принудительные работы (евреев в армию не брали). Строительство узкоколейки, затем пекарни. После попытки к бегству, за что избивали. После ухода немцев – гайдамаки. Интерес к политике. Избрание ответственным секретарем союза швейников. В 1919 году приход в город белополяков. Расстрелы. Работа Союза швейников в подполье. Избрание председателем комитета по распределению американской помощи. Приход Красной армии, которую встречали с радостью и энтузиазмом. Участие автора в организации госпиталя, рабочего клуба, столовой. Слухи о приближении белополяков, спешный уход из Белостока ревкома с группой из 15 человек (в том числе будущая жена автора). Прибытие в Минск. Направление в город Невель. Работа на швейной фабрике, где шили шинели, а во время Кронштадтского восстания – белые халаты. Определение в ЧОН (Части Особого Назначения). Избрание политруком роты. Оформление брака. В 1921 году вступление в партию. Назначение секретарем еврейской секции при Уездном комитете партии г. Вележа. Преподавание обществоведения в вележской средней школе. Ухудшение здоровья, нервное истощение. Направление на лечение в Ленинград. Бехтеревская больница. Третья группа инвалидности. Работа в Витебске на швейной фабрике. Избрание в состав партбюро Агитпропа, а затем секретарем партийного комитета. Нервная ответственная работа, с которой было связано множество неприятностей. Невыполнение фабрикой производственных планов грозит исключением из партии. Переход на другую фабрику во избежание неприятностей, но и здесь участие в партийной работе. Назначение на должность директора фабричного профилактория. Заочное исключение из партии.

В начале 1938 года – арест. В воспоминаниях признание в том, что за партию готов умереть, но не понимал, в чем он и другие партийцы виноваты.

Камера в подвале тюрьмы. Рассказы однокамерников о нелепых обвинениях. Надежды на освобождение. Тяжелые мысли о судьбе жены и детей. Вызов к следователю. Требование признаться в шпионаже в пользу Польши. Отказ автора подписать обвинение. Избиение. Допрос полупьяным следователем. Опять избиение. Перевод в одиночную камеру, а затем – в общую. Советы одного из сокамерников впоследствии покончившего с собой, признаться во всем, т.к. сопротивление бесполезно. Признание автора после множества допросов и избиений в том, чего он не совершал (якобы сказал врагу народа о вялой подписке на заем, а тот передал это в Польшу). Но по-прежнему отказ признаться в шпионаже. Слухи о том, что со снятием Ежова начнут постепенно освобождать. Вербовка начальством людей, которые до вызова к следователю должны добиваться, чтобы тот или другой сокамерник признавался в своей вине. Рассказы уже позднее, в лагере, о том, что одного такого завербованного выбросили на ходу поезда из вагона. За отказ от признания в шпионаже перевод в одиночку для смертников.

В декабре 1938 года объявление приговора – осуждение на 10 лет. Назначение на этап. Встреча на вокзале с женой и дочерью. Каргопольлаг. Недостроенные бараки. Уголовники. Помощник начальника – уголовник, совершивший 15 убийств. В связи со слабым здоровьем направление в центральные мастерские, где шили телогрейки. Жалобы автора в НКВД и прокуратуру на необоснованный арест. Назначение бригадиром и одновременно воспитателем подростков. В его бараке только швейники и сапожники: русские, украинцы, белорусы, поляки, латыши, чехи, венгры, болгары, китайцы. Отделение уголовников от политических. Тяжелое нервное истощение. Перевод заработанных денег семье. Язва двенадцатиперстной кишки. Назначение заведующим пошивочной мастерской. Больница. Днем работа в мастерской, ночью – разгрузка и погрузка вагонов. Приближение немцев к лагерю. Всеобщая паника. Наконец окончание войны. Всеобщее ликование. Надежды на перемену участи. Освобождение поляков. Ожидание конца срока. Опасение автора, что что-то случится и его не освободят, подтвердилось – пришла директива: «никого не освобождать до особого распоряжения». Отчаяние. Снова напрасные ожидания освобождения. Пересыльные тюрьмы. Издевательство над заключенными (приседания в голом виде). Поселок Игарка. На пароходе до Енисейска. Назначение заведующим и закройщиком пошивочной мастерской. По сравнению с пережитыми мытарствами «сносная жизнь», относительная свобода (без вооруженной охраны). Описание Енисейска. Материальная помощь сыну-студенту. Приезд сына в лагерь к отцу, который его не узнал и был до слез этим огорчен. Приезд жены, чего автор боялся, т.к. понимал, что она здесь жить не сможет. Опасения подтвердились. Сообщение летом 1954 года о реабилитации. Вместо радости н7еутешителдьные мысли о том, что ехать-то некуда. По настоянию жены переезд в Красное село Ленинградской области. Хлопоты о пенсии и прописке. Восстановление в партии только в 1962 году. Персональная пенсия не назначена, т.к. в партийный стаж не включили годы тюрьмы, лагеря, ссылки. Стариковские болезни и его, и его жены. В течение двух лет «прикован» к койке. Полная беспомощность. Потеря женою рассудка. Сообщением о ее смерти заканчиваются воспоминания.

машинопись
1. "Не повезет - не выживешь", воспоминания Лилеева Н.И.

Воспоминания отмечены явным литературным талантом. Охватывают всю жизнь автора.

Родился в 1921 году. Детство и юность прошли (до призыва в армию) в Ленинграде. Дед по отцу – протоиерей, в годы войны организовал приют для сирот, был четырежды арестован и расстрелян в Ярославле в 1937 году. Отец автора – доктор технических наук, мать – преподаватель музыки.

В предисловии «Не повезет – не выживешь» мысль о том, что автору очень повезло, так как он не был ранен на фронте, не был арестован его отец, он не погиб в германском плену, не был расстрелян немцами при отступлении, не умер на этапе от голода, не подвергался пыткам и во время следствия, в лагерь попал, когда уже смягчились ужасы Гулага и т.д. Родословная автора.

Дальнейшие воспоминания делятся на главы.

Первая глава – «До войны». Описание детства и школьных лет. Подробный и очень интересный рассказ о жизни семьи, ее быте, характерном для интеллигенции. Описание квартиры. Жизнь двора и улицы. Причащение в Знаменском соборе. Празднование Нового года, Пасхи. Развлечения на масленицу. Семейные музицирования. Посещение театров. Домашние спектакли. Занятие дома иностранными языками. Школа. Школьные предметы. Запомнившиеся преподаватели. Проводы всем классом на вокзале одноклассника Льва Скачкова, сына «врага народа», высылаемого из Ленинграда. Постоянное чувство страха в семье, уничтожение дневников деда, писем. Дача на Карельском перешейке. Выселение в 1936 году финских крестьян. За исключением этих страхов описание жизни в светлых тонах.

Глава 2-ая – «Эстонцы». Армейская служба в Эстонии в течение двух лет. Начало В.О. войны. Наступление немцев. Плен. Описание жизни в немецком лагере. Набор эстонцами батраков. Жизнь на хуторе. Отправка батраков-пленных в Германию. Расставание с эстонцами.

Глава 3-я – «Немцы». Карантин в польском городе Демблине. Работа переводчиком. Этап на запад Германии. Работа в шахте. Шахтеры-немцы, помогающие русским пленным. Опять работа переводчиком. Просьба о переводе в электроцех. Донос. Карцер. Жизнь в семье немецких крестьян Лауксов. Дружеские отношения с хозяевами. Приход американцев. Стремление в Россию. Предупреждение американского офицера о горькой участи в России военнопленных. Советская тюрьма во Франкфурте-на-Одере.

Глава 4-я – «После войны». Допрос. Приговор – 10 лет ИТЛ и 3 года поражения в правах. Пересыльная тюрьма. Этап в товарных вагонах. Избиения в пути. Еда – 200 г хлеба, солёная рыба, очень мало воды. Лесокомбинат под г. Печоры. Работа в электроцеху, затем на электростанции. Более мягкие условия в лагере, чем прежде. Производственная лаборатория, которой руководил замечательный человек – Георгий Яковлевич Страсков. Развлечения в лагере. Система зачета рабочих дней, в связи с чем сокращение срока для автора на 1 год 4 месяца. 8 августа 1954 года освобождение с 101-километровым ограничением. Полгода работа на торфопредприятии Тесово-Нетыльское в электромастерской. В сентябре 1955 года возвращение в Ленинград. Работа электриком и учеба на вечернем факультете института. После окончания преподаватель техникума. Путешествия с женой по Сов. Союзу. Совместно с обществом «Мемориал» посещение Соловков. Путешествие по Прибалтике с заездом на хутор, где он жил во время войны и где его приняли как родного. Позднее посещение детей хозяина Вальтера. Поездка в гости к немецким крестьянам, которые спасли автора при прочесывании отрядами СС местности. О прожитой жизни автор вспоминает без горечи.

60 листов, файл (присоединённый)
Яхович Станислав Стефанович, Чикин Виктор Федорович, Хайнман Мария Исааковна, Суслов Лазарь Федорович, Стрелков Георгий Яковлевич, Скачков Лев, Серова Мария Михеевна, Рооз Лейда, Рооз Вальтер, Раудсепп, Пухилас Фома Иванович, Печковский Николай Константинович, Мищенко Лев Глебович, Митропольский Роман, Митропольский Константин, Митропольская Мария Александровна, Литвиненко Николай Григорьевич, Лилеева Вера Константиновна, Лилеев Сергей Николаевич, Лилеев Николай Николаевич, Лилеев Николай Иванович, Лилеев Иван Сергеевич, Лавровский Михаил Васильевич, Корнилова Наталья Михайловна, Кокуева Татьяна Рафаиловна, Кокуева Вера Рафаиловна, Кокуева Анна Рафаиловна, Кокуев Рафаил Рафаилович, Кокуев Николай Рафаилович, Кокуев Никита Рафаилович, Кокуев Ерминингельд Рафаилович, Кавалеров Владимир, Захаров Ефим Филиппович, Делле Александра Григорьевна, Богданович Федор, Баскаков, Арванитопуло Борис Георгиевич, Аниприев
1. Воспоминания Слепневой Евстолии Алексеевны, датируемые 30.10.1995 г.

Воспоминания охватывают всю жизнь автора. Родилась в 1914 году в семье рабочего. Место рождения – село Василево Нижегородской области (теперь г. Чкаловск). Рассказ о семье. Школа, техникум (не закончила из-за отсутствия в семье денег). Знакомство с ленинградским геологом Зенченко Н.А. В 1934 г. свадьба в Ленинграде. Описание свадьбы (множество друзей мужа). Среди приглашенных директор Горного института Фредерикс Георгий Николаевич, который вскоре будет арестован. Всеобщее потрясение. Слухи о том, что начались аресты за «дворянское происхождение».

Работа Зенченко над трудом «Тектоника Верхнего Поволжья», помощь в работе автора. Март 1935 г., его вступление в партию. Празднование этого события в ресторане «Астория». Общее чувство тревоги и подъема. В этом же году рождение дочери. Поездка с дочерью на родину, в Василево. Сообщения по радио и в газетах о полете Чкалова через полюс и его возвращении. Прибытие Чкалова на родину, в Василево. Встреча его жителями хлебом и солью. Знакомство с ленинградским геологом Анатолием Вальтером, который станет преданным другом.

Возвращение в Ленинград. Очень веселая встреча нового, 1937 года, опять большой компанией. Поездка в ресторан в колясках, запряженных лошадьми, украшенными цветами. Зинченко выбран представителем для участия во Всемирном конгрессе геологов . Просьба иностранных ученых об освобождении Г.Н.Фредерикса для участия в этом конгрессе. Просьба не осталась без внимания: 25 мая на Московском вокзале встреча ученого студентами и научными сотрудниками. Арест его при выходе из вагона. Ощущение дальнейшей беды в связи с дальнейшими арестами.

Экспедиция геологов в Пермскую обл. Оформление автора коллектором в отряде. Рассказ о жизни в экспедиции. Просьба о ночлеге и еде в деревне, где жили сектанты. Их неприязненное отношение к чужим, в просьбе отказывают. В деревнях, где жили раскулаченные в 1926 оду, отношение дружелюбное.

Во время одного из привалов внезапно арестован Зенченко. Возвращение в Ленинград. Описание встречи папанинцев. Портрет Шмидта. В машине рядом с ним двое, похожие на работников НКВД. В толпе встречающих разговоры о том, что он под домашним арестом.

Обыск, предъявление приказа о конфискации имущества мужа. Опечатание комнаты.15 марта вызов в управление НВД. Формальный допрос, во время которого следователь Фитиалов незаметно передал автору записку от мужа с прощанием «навсегда» и с просьбой передать костюм и полевые сапоги со следователем. За дверью Фитиалов тайком назначает встречу и советует срочно уехать из города.

Ночной обыск и утренний арест. Приказ оставить ребенка. Автор видит на глазах солдат, свидетелей трагедии, слезы. «Черный ворон». Впервые четкая мысль о том, что «в стране происходит что-то преступное». Приказ солдата отвезти арестованную в тюрьму «Арсенал». Поездка на трамвае. Солдат не знает, где тюрьма. Он отправляется на поиски, оставив автора на набережной. Мысль о самоубийстве. Но мысли о том, чтобы бежать, нет. Долгое отсутствие солдата. Беспокойство о нем. Она видит, что он прячется за углом дома. Понимание того, что он ждет ее побега. Позднее его слова о том, что он действительно этого хотел. Ее обещание никогда этого не забыть. Расставание около тюрьмы со слезами.

Тюрьма. Камера. Знакомство со старостой Валентиной Буденной (ее муж – председатель Киевского исполкома). В камере большинство – это «жены врагов народа». Во время прогулки жуткие крики из подвала. Это пытки. Слухи о том, что не все конвоиры соглашаются на них присутствовать.

Тайная записка от Анатолия Вальтера, что дочь автора у родственницы в Тюмени.

Первый допрос. Сообщение о том, что муж приговорен к 10-ти годам без права переписки. Приговор автору – 3 года исправительных лагерей без права переписки.

Объяснение Буденной, как женам назначаются сроки (в зависимости от того, сколько лет жили супруги вместе до ареста). Дорога на поезде в лагерь (Темниковский лагерь Рязанской области). Описание лагерной жизни. Знакомство с сокамерницами: Еленой Осиповой, женой крупного специалиста по строительству зернохранилищ, и Марией Эразмундовной Малецкой, свояченицей Чкалова. Рассказ автора о своем земляке Чкалове и признание Малецкой, что она писала ему письмо с просьбой забрать ее сына из детского дома, но ответа не было.

Воспоминание о Берте Урицкой, дочери М.И. (С.?) Урицкого, умной, интеллигентной, доброй женщине. Но замкнутой. О себе она почти ничего не рассказывала. О Валентине Буйновой, жене бывшего министра культуры. История ее замужества. Известие о гибели Чкалова. Сомнение женщин, что это был несчастный случай.

Описание работ в лагере. Постановка спектакля-пасторали из оперы «Пиковая дама». Празднование нового 1941 года. Танцы под гармонь. Театральные представления были раз в месяц. Об издевательствах, грубости со стороны начальства сообщений нет. Чувство страха перед освобождением, грусть при расставании с женщинами, которые стали подругами. Просьба Берты Урицкой навестить могилу отца. Освобождение. Приезд в Ленинград. Встреча с родными. Начало войны. Участие в строительных работах. Бомбежки. Попытки добраться до Ленинграда. Стихи об этом пути. Стихи о блокаде. Описание дальнейшей военной и послевоенной жизни.

Последние строчки рукописи о том, что автор ходит на Марсово поле, на могилу Урицкого, что, гуляя по Петербургу, она вспоминает прошлое.

файл (присоединённый)
1. Повесть-воспоминания Ивановой Н.Ф. "Повесть о пережитом.", посвещенная ее отцу Иванову Ф.Н. (присоединенный файл)

Несмотря на заявленный жанр, воспоминания носят документальный характер. Автор, по специальности геолог, пишет о трагической судьбе своего отца, секретаря Петроградского райкома ВКП(б), которого она очень любила и которым гордилась.

Начало воспоминаний – обличение тех, кто исковеркал жизнь ее семьи и жизнь миллионов людей, превращенных в рабов.

Дед со стороны отца – батрак. Большая семья – 12 детей. Старший сын, будущий отец автора, закончив два класса сельской школы, тоже в течение семи лет был батраком. Далее работа прессовщиком на Томском маслодельном заводе в течение пяти лет. Служба в царской армии сначала рядовым, потом ефрейтором. Северо-Западный фронт. Тяжелое ранение. Госпиталь в Петрограде. Осложнения после ранения, которые сделали его инвалидом. Учеба в Знаменской школе инвалидов. Затем в Петроградском рабоче-крестьянском университете, потом во Всесоюзном сельскохозяйственном коммунистическом университете, который закончил в 1924 году. Вступление в партию в 1918 году. Его потрясение гибелью Кирова. Работа первым секретарем райкома Петроградского района, в 1938 года снятие с этой должности. Посещение Жданова с просьбой о трудоустройстве, сухой отказ в помощи. Ухудшение состояния здоровья – невозможность самому передвигаться. Вера отца в то, что Сталин не знает о происходящем. Предложение начальства поехать всей семьей в Дом отдыха в пос. Толмачево. Отправка всех детей в туристический поход на два дня, а в это время (26 июля 1938 года) арест части родителей. Возвращение семьи уже без отца в Ленинград, в опечатанную после обыска квартиру. Безуспешные попытки матери что-нибудь узнать о муже. Постоянные отказы ей в устройстве на работу. Через два месяца арест матери. Отправка сестер в детприемник. Описание безрадостной жизни. Тоска по родителям. Перевод сестер в спецдом НКВД на Украину. Бараки. 40-50 детей в каждом (они подбирались по возрасту), а потому сестры были разлучены. Холод, голод, вши. Весной ели недозревшую зелень, даже семена белены, из-за чего чуть не лишились зрения. Дизентерия, малярия. Несмотря на это, добросовестная учеба, чтобы не подвести родителей, которые вот-вот вернутся. Через два года Великие Луки, где жила сестра матери, забравшая девочек из детдома. Необходимость скрывать правду о родителях, что очень травмировало сестер. В 1940 году письмо от отца из тюремной больницы им. Газа в Ленинграде. Посещение его старшей сестрой. Упоминание автора о том, что из чувства мести за отца в годы войны та становится главарем воровской шайки, за что будет посажена в тюрьму. (Только в 1956 году встреча с сестрой, которая стала для автора уже чужим человеком.) Ежедневное в течение месяца посещение отца в тюремной больнице автором, которой было около 14 лет. (Заключенного выносят на свидание на носилках.) Рассказы отца о пережитом – дневные и ночные допросы. Появление во время некоторых допросов незнакомой женщины в одежде его жены, которая издалека на нее походила. Признание вины отцом, измученным пытками. Две открытки от него другу, в которых сообщалось о приближающейся смерти от голода.

Поступление автора в Томский университет в 1945 году, из которого она перевелась в 1947 году в ЛГУ на 3-й курс биологического факультета.

Сетование на то, что из-за клейма «дочь врага народа», она «не состоялась как личность». В конце воспоминаний сведения о том, что ее мать вернулась из заключения в 1945 году (они, «к сожалению, оказались чужими») и что отец был реабилитирован в октябре 1956 года. (По справке управления МВД его смерть наступила 12 июля 1942 года.)

17 листов, файл (присоединённый)
1. "Мои воспоминания к периоду 1930-1940 г.г.", авторства Левис М.М. (94л., присоединенный файл).
Шишкина Нина, Хорошухин(?) Михаил, Фриш, Фиельструп Федор (Теодор) Артурович, Фигнер Вера Николаевна, Ушакова (урожденная Willson) Евгения Альфредовна, Тарле Евгений Викторович, Стрельцова, Станкевич Татьяна, Руденко Сергей Иванович, Протасов, Попович Павел Романович, Пешкова Екатерина Павловна, Петросян (?) Аршак Ильич, Огонян (Оганян) Арцвик, Николаев Андриян Григорьевич, Мурванидзе Диомид Лукич, Михайлова (Скаловская) Лидия А., Михайлов П.П., Миндаровский, Маргарита Михайловна Гр. (?), Лимезкин, Левис Раиса Михайловна, Левис Мария Михайловна, Кедрин Борис Михайлович, Карабанов, Каплан Михаил Борисович, Каневский Владимир Вячеславович, Ильин Юрий, Заболоцкая Александра Эразмовна, Дрейман Бетти, Востронина Мария Васильевна, Вальдгауэр Оскар Фердинандович, Бузни, Бонч-Осмоловский Глеб Анатольевич, Бианки Л.В., Бархотов Федор Степанович (?), Барон-Мендельсон Мариша, Баратова, Анциферов Николай Павлович, Анна Александровна, Андреев Александр Игнатьевич, Абрамович Людмила Августовна
1961
1. Рассказ-воспоминания Коно М.Л.

Воспоминания начинаются с 1948 года. Они написаны в беллетризованной форме. Их героиня выведена под именем Мария Петровна Михайлова.

Прекрасный январский день в Кишиневе, когда ничто не предвещает начала трагедии. Странное, беспокойное поведение собачки. Арест автора в присутствии понятых: жены профессора университета и ее приятельницы (повод для ареста – подача автором заявления с просьбой о выдаче визы для выезда в Румынию в связи с предстоящей операцией отчима. (Он член Германской коммунистической партии, перебравшейся в Румынию из Германии в связи с приходом к власти Гитлера).

Тюрьма. Описание камеры. Первый ночной допрос. Обвинение в шпионской деятельности. Опровержение автором обвинения. Наказание унизительным стоянием в углу, во время которого «следователь ел бутерброды, запивая чаем, и, ехидно посмеиваясь, переговаривался с остальными обо мне». Возвращение под утро в камеру. Приставания с «любовными речами» сокамерницы-уголовницы. «От недоедания и душевных мук» болезнь. Тюремная больница. Гуманное отношение врачей. Улучшенное питание. Относительное восстановление сил. Возвращение в камеру. Передача от друзей. Очередной допрос. Обвинение в шпионаже заменяется обвинением в подготовке к нелегальному переезду в Румынию. Вызов к коменданту тюрьмы. Приговор – 8 лет исправительно-трудовых лагерей особого режима.

«Столыпинский» вагон. Одесская тюрьма. Опять «столыпинский» вагон. Пересыльная тюрьма в Харькове. Снова этап – в г. Горький. Путь в тюрьму в сопровождении овчарок. Камера с политическими заключенными, пережившими разнообразные пытки (в т.ч. «электрический стул»). Последний этап – в Ухту. Тюрьма. Встреча с политзаключенными, осужденными в 1937-38 годах.

Тюремная больница. Операция. Продажа в течение нескольких дней половины пайки хлеба, чтобы скопить деньги на отправку телеграммы отцу, который не знает о заключении дочери. После операции (с еще не зажившей раной) рабочий барак. Вырезывание деревянных ложек. Уменьшение пайки хлеба в связи с невыполнением нормы.

Предложение одного из заключенных о переводе на работу в аптеку. Работа в аптеке. Требование помогшего ей заключенного выдать ему 80 таблеток кодеина. Отказ автора. Угрозы заключенного. Домогательства заведующего аптекой. Сопротивление автора, мольбы о пощаде. Отсутствие физических сил для отпора. По прошествии некоторого времени от отчаяния прием таблеток люминала. Больница. Отчисление из аптеки. Лесбиянство в лагере, объясняемое автором тоской человека по ласке, любви. Развращающее влияние уголовниц.

Полевые работы. Предложение стать стукачкой. Отказ. Работа санитаркой в больнице по рекомендации старшей сестры. Затем работа няней в детском корпусе, где было 20 трехмесячных младенцев. Экзамен на должность медсестры. Любовное отношение к детям. Привязанность к одному из младенцев. Перевод его, восьмимесячного, в другой ОЛП (таково было правило!). Смерть ребенка. Горе автора. Сочинение стихов. Перевод на лесоповал. Холод, плохая одежда. Непосильная для автора работа – резка сучьев. Перевод на торфяные работы как более легкие по просьбе матерей, благодарных автору за добросовестность при уходе за их детьми.

Опять тяжелая болезнь. После относительного выздоровления временная работа медсестрой в психиатрическом отделении. Получение 3-ей группы инвалидности. Опять лесоповал. Вырезывание из старых бушлатов заготовок для рукавиц. От работы гнойные раны на руках.

1953 год – весть о смерти Сталина. Постепенное освобождение уголовников. 1955 год – начало освобождения политзаключенных.

Освобождение. Паспорт с отметкой о проживании на 101-м километре. Выбор Луги, т.к в Ленинграде отец, который под влиянием жены отказывает автору в помощи. Невозможность устроиться на работу. Запись на прием к начальнику МГБ. Его сочувствие и направление на работу в сельскую школу преподавателем иностранного языка. Школа. Настороженное отношение коллег, которое позднее меняется на доброжелательное. Нежелание учеников заниматься французским языком. Увлечение автора работой передается ее ученикам. Появление интереса к жизни. Посещение театров, музеев, филармонии. Письмо И. Эренбургу с просьбой помочь в реабилитации (по словам генерального прокурора Эренбург просил об этом). Новое испытание – заболевание сетчатки глаз. Отчаяние. Инвалидность по зрению. Вступление в общество слепых. Работа в редколлегии общества. Возрождение к жизни. Поступление на работу на завод для незрячих. Ощущение своей нужности. Временами горькие воспоминания о пережитом.

файл (присоединённый)
1. Автобиографический рассказ Людыно В.И. "Воспоминания одного зека".

Воспоминания, написанные в беллетристической манере, охватывают всю жизнь автора. Первые несколько страниц, рассказывающие о физических и душевных мучениях девочки-инвалида (тяжелое заболевание опорно-двигательного аппарата), написаны от третьего лица. Затем внезапный переход от «она» к «я» в том месте повествования, где речь идет о последней хирургической операции (всего их было 11) и о начале В.О. войны.

Жизнь ленинградской семьи под бомбежками. Еда – столярный клей, отруби для скота, лошадиная упряжь. Подробное описание, как готовилась эта пища. «Похороны» ленинградцев. Тяжелые воспоминания о соседях по квартире, потерявших человеческое достоинство из-за голода. В 1942 году сняли гипс и девочка стала учиться ходить на костылях. Лето 1943 года в Лахте, где удалось немного восстановиться от перенесенного голода благодаря тому, что шила платья местным женщинам. Возвращение в Ленинград.

Автору 21 год. Поступление в консерваторию, учеба. Арест. Маленькая одиночная камера. На пятый день предъявление ордера на арест. Обыск, во время которого отобрали заколки для волос, часы, но самое главное – палку, на которую автор опиралась при ходьбе. Опять одиночка. Описание камеры, еды. Вызов на допрос. Переходы, бесконечные лестницы – и без палки! Ночные допросы в течение нескольких месяцев. Следователя интересовало, где дневник автора, который «исчез при загадочных обстоятельствах» перед арестом. (В дневнике записи велись каждый день.) Обвинение в систематической антисоветской агитации, в чтении «Майн Кампф», в собирании листовок, в том, что она говорила о своем намерении отказаться от работы в колхозе. Бесполезные опровержения обвинений девочкой, ссылающейся на тяжелую инвалидность, не позволяющую ей свободно передвигаться, что необходимо при агитации. Решение покончить с собой. Перевод в наказание за это в карцер на три дня. Прокурор, требующий подписать обвинение и угрожающий наганом. Суд. Оглашение приговора – 10 лет лагеря и 5 лет поражения в правах. Снова одиночка в течение шести дней. Следователь, уговаривающий автора согласиться быть «подсадной уткой» в тюрьме, обещание за это через полгода выпустить ее «тихонько» на свободу. Ее отказ.

Перевод во 2-ю женскую тюрьму дожидаться этапа. Размышление автора о случившемся с нею. Осознание того, что произошедшее не случайность. Мысль о сознательном заключении людей в лагеря с целью использования рабского труда.

Этап до Карлага. Описание двадцатидневной поездки на поезде. Состав из 19 вагонов, 2 из которых женские; в большинстве своем эстонцы, латыши, литовцы. Ужасающая худоба мужчин. Рассказ эстонца о способе, которым охрана вымогала у зэков ценности: в вентиляционную трубу в крыше вагона спускали веревку, к ней зэки привязывали ценные вещи, взамен им спускали таким же способом хлеб и табак.

Станция Карлаг. Баня. Подробное описание происходившего там. Чувство унижения, обида. Знакомство с зоной. Предложение незнакомого парня идти по этапу вместе. Предупреждение солагерницы, что это «вор в законе» и что согласие автора обернется несчастьем, так как ее жизнь будет полностью зависеть от этого человека: захочет – продаст, захочет – убьет.

По решению начальника участка, посочувствовавшего девушке-инвалиду, работа в конторе. После работы выпуск газеты «Колючка», участие в хоре. Рассказ о некоторых людях, которые остались в памяти автора. Кроме выдачи денег в конторе, учет молодняка, взвешивание, выписывание кормов и т.д.

История начальника участка Крашенинникова, который отсидел 10 лет за то, что на отдыхе в Крыму, вблизи дачи Сталина, участвовал якобы в покушении на вождя, затем был реабилитирован и награжден орденом и остался работать в лагере.

В результате появившегося циркуляра, в котором приказывалось выявить заключенных, непригодных для работы, перевод автора в 18-е Долинское отделение. Унизительный осмотр медкомиссией, вскоре после которого вернули часы, выдали небольшие деньги и справку об освобождении.

Возвращение в Ленинград, где уже вместо двух комнат (31 кв.м. и 21 кв.м.) была 13-метровая проходная комната, отгороженная фанерой. Рояль и вся мебель были матерью распроданы, чтобы вырученные деньги помогли освобождению дочери. («И ведь брали, знали, что не помогут, а брали».)

Далее 101-й километр, село Заполье, в 4 часах езды от Ленинграда. Тайные приезды домой, ночлег в шкафу. Вызовы соседями милиционера, который выгонял ночью девушку-инвалида из дома на улицу. Безрезультатная попытка устроиться на работу в Плюссе. Рождение ребенка. Отчаянное положение – невозможность носить его на руках. Отсутствие средств к существованию. Письмо к Сталину с просьбой о разрешении переехать в Ленинград. Через некоторое время получение разрешения. Злобствование соседей, недовольных появлением матери с ребенком, их издевательства. Тяжелая болезнь матери из-за постоянных переживаний. Помещение ее в больницу. Заболевание дизентерией ребенка, тоже отправленного в больницу. Устройство автора в артель инвалидов. Метание между больницами. Смерть матери. Повестка с требованием в 24 часа освободить площадь. Юридическая консультация, горисполком. В результате хождений резолюция: «Закрепить жилплощадь за Людыно». По-прежнему издевательства соседей. Просьба начальницы планового отдела к автору заменить ее во время отпуска. Как оказалось, ее муж был расстрелян в 1937 году, что сблизило женщин. Направление начальницей автора на учебу в Промакадемию. После окончания учебы самостоятельная работа экономистом в течение дальнейших 20-ти лет. В результате инфаркта в возрасте 46 лет выход на пенсию. В конце повествования грустные размышления о сломанных человеческих судьбах, в том числе и о своей, и о горькой обиде. Последнее слово воспоминаний – «Не прощу!».

файл (присоединённый)
1. "Трудные годы", воспоминания Маршевой В.А.

Автор называет свои воспоминания «документальной повестью», хотя они по жанру ближе к беллетризованному рассказу. Сюжетный стержень – история середняцкой семьи, подвергнутой репрессиям в 1931 году. Представлен текст только 1 главой. Обещанные последующие главы о жизни семьи и рассказ о «страшном 1937 годе» отсутствуют.

Начало воспоминаний – описание отдельных картин из детства, которые кажутся автору счастливыми: работа всей семьей в поле; отец, встречающий девочку зимой после школы с санками; вкусные воскресные пироги, испеченные матерью; катание с ледяной горки на ледянках; церковные праздники и т.д.

Неожиданный приход «гостей» в дом автора. Обвинение отца в саботаже и агитации против Советской власти. Его отказ подписываться по обвинением. Слухи о том, что начали забирать у людей хлеб и скотину. Совет соседа припрятать часть хлеба для детей. Опять отказ отца. Его ночной арест. Преждевременные от переживаний роды матери. Взламывание ломом амбара, погрузка всего зерна на подводы, разбойное уничтожение «шерстобойки». Смерть младшего брата от простуды.

Арест матери вместе с грудным ребенком, которых поместили на ночь в холодную кладовую. «Судилище» над матерью пятерых детей в помещении школы в присутствии множества односельчан. Обвинение – агитация против Советской власти. Приговор (суд велся одним судьей, женщиной) – «10 лет высылки в Соловецкие лагеря». Возмущение односельчан. Подготовка матери к дальней дороге по этапу. Приставленный для слежки за матерью и ее домом односельчанин.

Внезапное ночное появление отца после долгого отсутствия. Его рассказ о том, что было с ним после ареста: товарный вагон до Нижнего, проверка документов на вокзале, расспросы проверяющего о причине ареста, его решение отпустить отца «на все четыре стороны», поездка к сестре, ее участие в судьбе брата, помощь близких в поисках жилья и работы на будущее, когда он переберется с семьей в их края. Чужой костюм, модная шляпа, трость – наряд отца, призванный обмануть встречных. Ночью уход отца, договорившегося с матерью, куда она приедет с детьми.

Подозрение властей, что хозяин приходил ночь домой. Обыск. Вывоз на подводе всех вещей из дома и продажа их на торгах жителям села. Возвращение совестливыми людьми этих вещей. Тайный ночной отъезд всего семейства с помощью брата матери. Встреча с отцом в доме его сестры. Переезд на новое место жительства к тем родным, что вызвались помочь гонимым. Дружная жизнь в приютившей их семье.

Воспоминания заканчиваются обещанием продолжить их.

53 листа, файл (присоединённый)
1. Послесловие к "Крутому маршруту" Е.С. Гинзбург, написанное в 1989 г.

Благодарность Е.С. Гинзбург за книгу «Крутой маршрут», подтверждение правдивости этой повести, так как автор прошла тот же «крутой маршрут», по тому же пути.

Очень краткие сведения о себе. Убийство С.М.Кирова. Исключение из комсомола за неявку на собрание по поводу убийства (была больна). Через несколько месяцев, в феврале 1935 года, обыск в квартире. В комнате старшего брата запрещенные «Дискуссионные листки». Взятие на себя вины брата. Арест автора и мужа одной из сестер. Тюрьма «Кресты». Приговор – ссылка на четыре года в Якутск. Двухмесячный этап на поезде. Вагонная жизнь. Путь пешком и на лошадях до Якутска. Встреча с сестрой и ее двухлетним сыном. Работа бухгалтером. Встреча со знакомым по этапу ленинградцем. Замужество. Проводы мужа в этап на Колыму. Рождение дочери. Помощь ссыльного Мостовского И.В. Невозможность устроиться на работу. Заявление с просьбой забрать ее и ребенка в тюрьму из-за отсутствия средств к существованию. Тюрьма. Не оправдавшиеся надежды на встречу с мужем. Мысли о том, что он расстрелян. Новый срок – 5 лет на Колыме. Во время этапа смерть дочери. Зимовка в бараке. Больница. Помощь больничного врача, ленинградки. После окончания пятилетнего срока задержка в лагере еще на пять лет. Освобождение в июле 1947 года, затем еще четыре года в ссылке. Слова благодарности людям, помогавшим автору выжить.

файл (присоединённый)
1. Воспоминания Арцимович В.А. о Лебедеве-Шмидтгофе Владимире Георгиевиче, написанные в 1999 г. (66л., присоединенный файл).

Автор – бывшая киноактриса, сестра выдающегося советского физика Льва Андреевич Арцимовича, коллеги и друга И.В. Курчатова, основателя и первого директора Института атомной энергетики, теща Булата Окуджавы.

Воспоминания охватывают период с 1937 года по 1944, время совместной жизни с мужем, В.Г.Лебедевым-Шмидтгофом, известным советским режиссером, создателем фильма «Концерт Бетховена», имевшего огромный успех не только в СССР, но и за его пределами (премия на Всемирной выставке в Париже), автором песни «Эх, хорошо в стране Советской жить» на музыку Дунаевского.

1937 год – Минск, знакомство и совместная работа (автор – помощник режиссера) над фильмом «Форпост великой родины».

Неожиданное предложение Шмидтгофа выйти за него замуж. Растерянность автора, так как режиссер был старше на 14 лет, и к тому же очень знаменит. Ее согласие. Счастливая семейная жизнь. Рассказы мужа по просьбе автора о своей прошлой деятельности в кино, ее сожаление о том, что она не записывала эти рассказы, например о его работе в Большом Драматическом театре, куда он был приглашен одним из первых в качестве актера, об его участии в создании первого государственного «Театра революционной сатиры "Вольная комедия"» и т.д.

Их дальнейшая совместная работа в Белоруссии над фильмами, в которых автор то снималась как актриса, то была помощником режиссера. Возвращение Шмидтгофа вместе с автором в Ленинград, где жила его мать, в прошлом актриса театра «Балаганчик». Осложнения в семейной жизни по вине свекрови, обладавшей деспотическим характером.

Рассказ о многочисленных друзьях мужа, воспоминания Шмидтгофа о знакомстве с Маяковским, дружбе с Есениным, о его тяжелых переживаниях, связанных со смертью поэта.

1938 год. Арест Шмидтгофа. Обыск. Его обещания скоро вернуться, так как он ни в чем не виноват. Безрезультатные посещения автором тюрьмы на ул. Воинова с целью выяснения судьбы мужа, затем Большого дома на Литейном. Наконец сообщение о том, что муж как контрреволюционер осужден на 25 лет. Обморок свекрови при этом известии. Через месяц телефонный звонок – требование явиться в ГПУ. Грубый допрос. Желание следователей добиться подтверждения своей версии о том, что Шмидтгоф, имеющий немецкую фамилию, держал связь, будучи шпионом, с немецким послом. Объяснение автора, что мужу для съемок фильма «Форпост великой родины» нужна была соответствующая машина, похожая на машину посла, что он и обратился к послу с просьбой ненадолго воспользоваться ею. Удар разъяренного следователя по голове допрашиваемой с такой силой, что она «отлетела к стене». В заключении допроса требование подписать бумагу, что она обязуется молчать о том, как проходил допрос. Выполнение автором этого требования в течение тридцати лет. И даже через много лет после допроса при осмотре отоларинголога, который сказал, что у нее лопнула барабанная перепонка, она объяснила это болезнью в детстве.

Переезд в 1938 году в Минск, к матери. Рождение дочери. Через четыре дня после этого события визит сотрудников ГПУ с требованием немедленно вернуться в Ленинград, так как Минск – пограничный город, а ее муж арестован. Поездка с ребенком в Москву. Продолжение поисков мужа. Безрезультатное посещение секретариата Сталина. Чей-то совет добиться приема у Калинина. Вспыхнувшая надежда на то, что он поможет. Обман секретарши о цели своего обращения к Калинину, получение пропуска. Ласковое обращение Калинина к посетительнице. Расспросы Калинина о том, кто ее муж. Перечисление автором фильмов, упоминание песни «Эх, хорошо в стране Советской жить». Трогательная сцена – Калинин, вытирающий слезы просительницы и поглаживающий ее по голове. Обещание узнать о судьбе ее мужа и сообщить ей. Возвращение в Ленинград. Чувство одиночества, так как знакомые избегали встречаться с автором. Верность брата Льва Арцимовича, известного ученого, не побоявшегося

оказывать поддержку сестре. Визит человека от Калинина, который сказал автору, что она может передать мужу пять рублей в тюрьме на ул. Воинова.

Неожиданный гость (как оказалось, его выпустили умирать – у него на допросах были отбиты легкие), сокамерник Шмидтгофа, сообщивший о том, что его скоро выпустят. Странный телефонный разговор со следователем, который задал несколько вопросов, касающихся жизни автора и ее свекрови, и предупредившего, что отвечать нужно только «да» или «нет». Предположение автора, что муж слышал ее ответы.

Второй вызов для допроса уже к другому следователю. Просьба помочь следствию. Опять вопрос, касающийся фамилии мужа. Спокойная реакция на утверждение автора, что она ничего не знает. Странный вопрос о том, бывало ли, что муж, будучи пьяным, совершил поступок, о котором не помнил на следующее утро. Признание автора, что один раз так случилось. Просьба следователя остановиться на этом подробнее. И после рассказа благодарность за то, что она помогла следствию. Отсутствие в воспоминаниях автора каких-либо предположений по поводу этого странного вопроса.

Неожиданное возвращение из тюрьмы мужа в связи с пересмотром его дела, когда Наркомом внутренних дел вместо Ежова стал Берия. Разительная перемена в его внешности – страшно исхудал. Нежелание говорить об ужасах, которые он пережил в тюрьме. Рассказ друга мужа, что тот испытал в заключении: первые дни одиночная камера, избиения во время допросов, обливание упавшего от побоев холодной водой, опять избиения.

Переезд семьи в Киев для работы на Киевской киностудии. Сообщение по радио о начале войны. Эвакуация из Киева в Ашхабад. Бомбежка поезда немцами. Множество раненых. Воспоминания Шмидтгофа в поезде о пережитом в тюрьме, о враче, который оказался его знакомым по Дому кино и который спас ему жизнь.

Ашхабад. 1942 год. Рождение сына. Работа мужа над фильмом «Люди Красного креста», где автор играла главную роль. Смерть свекрови. Поездка мужа в Москву для сдачи фильма. Его неожиданная командировка в Свердловск. Заболевание маленькой дочери брюшным тифом. Трехнедельная поездка с больной девочкой и грудным сыном в Свердловск сначала на открытой платформе, прицепленной к поезду. Остановки в пути, отсутствие воды и еды. Помощь военврача, сопровождавшего поезд со штрафниками, – рис, кисель, пенициллин для больной девочки. Остановка на запасном пути в течение нескольких дней. Во время отсутствия автора (она бегала на станцию варить дочери кашу) исчезновение платформы с детьми. Отчаяние. Помощь незнакомого генерала, по приказу которого поезд с платформой был остановлен в пути якобы для поимки находившегося там шпиона.

Долгожданная встреча с мужем в Свердловске. Опять совместная работа на студии. Внезапная смерть мужа в 1944 году в возрасте 44 лет, так как его душевное и физическое состояние были ослаблены пребыванием в тюрьме. Конец воспоминаний – несколько слов об уже взрослых детях.

66 листов, файл (присоединённый)
1. Якшенков А.М. Воспоминания.

Воспоминания охватывают период с 1944 года по начало 1953 года, т.е со дня ареста до освобождения. Автор – офицер, отозванный с фронта в Москву в сентябре 1943 года для окончания инженерного факультета в военной академии. Начало воспоминаний – размышления о судьбах арестованных и о вере живущих на воле в «святые правоохранительные органы».

Ночной арест автора. Унизительный «шмон» в тюрьме Лубянки. Описание бокса, в котором в одиночестве сидел несколько дней. Раздумья о причине ареста. Рассказ о японце, с которым семья автора познакомилась во время отдыха и поведение которого показалось подозрительным. Решение посоветоваться в Особом отделе Академии о том, как следует себя вести в дальнейшем. Предложение особиста изложить все письменно. И как следствие - арест, которому предшествовал донос товарищей о критических высказываниях автора в адрес властей и о том, что он побывал в окружении. Грубый допрос. Требование автора чтобы дали другого следователя. Предъявление обвинения по подозрению в шпионаже. Перевод в Лефортовскую тюрьму строгого режима. Описание тюрьмы. Жизнь в одиночной камере в течение трех месяцев. Издевательства следователя, побои. Требование автора о приглашении прокурора. Чтение прокурором распоряжения, подписанного Сталиным, о том, что следует применять к врагам, народа «все виды физического воздействия, вплоть до расстрела».

Решение убить прокурора. Обдумывание плана убийства и подготовка к нему. Все срывается из-за подселения в камеру «наседки». План побега и опять неудача.

Перевод после окончания следствия в Бутырскую тюрьму. Приговор – 10 лет. Слухи о готовящемся этапе. Перевод в помещение бывшей тюремной церкви, где собралось около трехсот заключенных.

Краснопресненская пересылка. Отчаянная смелость капитана-топографа в противостоянии уголовникам. Страшная вагонная жизнь при переброски в Воркуту.

Жизнь в лагере. Самоубийство капитана. Работа в шахте. Террор уголовников. Болезнь, стационар. Перевод в фельдшера. Распространенные болезни заключенных. Страшный голод. Подробное описание работы в шахтах. Воркутинские морозы и метели. Заболевание желтухой. Месяц в стационаре. Национальный состав заключенных. Наркомания в лагере. Способ распространения наркоты. Обособленные группы бендеровцев и власовцев. Их отпор уголовникам. Философия урок.

Приезд в лагерь жены в результате хитроумного плана. После ее возвращения в Москву расторжение брака с автором. Оправдание им жены из-за перенесенных ею страданий: увольнение с работы, лишение ведомственной площади, конфискация имущества.

Перевод женщин из одного лагеря в особый женский. Множество трагедий в связи с этим. Переход из санчасти на работу в шахту, чтобы приблизить срок освобождения.

Этап на сенозаготовки в район реки Печоры. Жизнь на барже в течение шести дней. Описание природы и жизни поселян – коми. Сенокос.

Опять работы в санчасти. Освобождение. Ожидание причитающихся денег.

Друзья-заключенные собирают автору деньги на дорогу. Место поселения – Донбасс.

К воспоминаниям прилагаются стихи автора разных лет – с 1946 г. по 1953 г.

86 листов, машинопись, файл (присоединённый)
Якшенков Александр Михайлович, Якир Иона Эммануилович, Шурыгин, Штейнберг, Чуркин Николай, Уборевич Иероним Петрович, Тухачевский Михаил Николаевич, Туполев Андрей Николаевич, Толокнов Дмитрий Иванович, Титов, Таратута Алексей, Степанов Н.В., Стацюк Слава, Сталин Иосиф Виссарионович, Соловьев, Снегус, Смутак, Синкус, Сац Т.П. (фамилия не точна), Рябов Юрий, Рокоссовский Константин Константинович (Ксаверьевич), Печерский, Мяги, Мищенко Валентина Павловна, Маслей Никита, Малахов Федор, Максименко Анатолий, Мазаев Павел Федорович, Лехисте, Королёв Сергей Павлович, Коно, Киров Сергей Миронович, Калитина Вера Ивановна, Иванов, Зосман, Зорин, Зиновьев (Радомысльский) Григорий Евсеевич, Жданова Надежда Михайловна, Егоров Александр Ильич, Гречушкин Н.И., Гикало, Гамарник Ян Борисович, Винкус, Буждан, Богданов Павел Васильевич, Берия Лаврентий Павлович, * Матвей Васильевич, * Мария Вахтанговна, * Евгения Васильевна, * Джек
1. Воспоминания Черкесовой Е.В., написанные в 1977 г. в Ленинграде

Воспоминания охватывают жизнь автора до 1977 года. Точная дата рождения не указана; по-видимому, это конец 1890-х годов. Воспоминания не имеют строгой хронологической последовательности. Написаны он по просьбе детей.

Начало воспоминаний – рассказ о матери мужа. Далее на примере собственной семьи живое и подробное описание «жизни средней интеллигентной семьи в предреволюционные годы» в Санкт-Петербурге, на Петроградской стороне. Мать автора – учительница в Выборгском училище, до этого хористка Мариинского театра. Отец закончил Горный институт. Умер (погиб?), когда автор и ее братья были детьми.

Воспоминания о детстве и отрочестве (описание игр, прогулок, посещения Оперного театра, занятий музыкой и т.п.). Учебы автора в гимназии княгини Оболенской, которую закончила ее мать, брата Дмитрия, впоследствии крупного ученого-геолога, – в Тенишевском училище, брата Бориса – в Выборгском училище. Ссылка отчима, Сверчевского А.В. в Вятскую губернию (по мнению автора, за изданную им книгу своих стихов), летняя поездка всей семьи вслед за отчимом. Несколько слов о кратком пребывании матери вместе с грудным сыном в Доме предварительного заключения во время обучения в Медицинском институте, где возникли студенческие беспорядки. Вербовка (безрезультатно) в провокаторы. Позднее в их квартире тайные собрания членов социал-демократической организации Горного института, где учился брат Дмитрий.

После окончания гимназии учеба автора на Стебутовских с /х курсах, которые закончила в 1917 году, получив диплом агронома. Первое замужество. Романтическое знакомство во время экспедиции на Южном Урале с геологом Черкесовым. Развод и новое замужество. Работа автора преподавателем в Лесном институте. Рождение детей. Первый арест мужа в 1923 г. Освобождение после недлительного заключения в связи с поручительством его товарищей. Рассказ о дружной семейной жизни. Описание 3-летних поездок всей семьей в Сибирь (конец 20-х годов), где работал в экспедиции муж. Воспитание детей.

Наступление тревожного времени – 1937 год. Аресты знакомых. Тяжелые предчувствия мужа. Его арест, о котором всего несколько слов, т.к. это очень тяжелое воспоминание для автора. Арест автора как жены врага народа. Приговор – 8 лет. Срок заключения для жен репрессированных давался в зависимости от количества лет, прожитых с мужем. Описание камеры в «крестах» (?) (духота, теснота, плач, крики и т.д.).

Этап в Мордовскую АССР, в лагерь «Темники». Работа закройщицей. Описание жизни в лагере. Положительный момент – в артели были только «жены врагов народа», их не смешивали с уголовницами. Дальнейший этап в г. Николаевск, на Амур. Остановка в Харькове. Работа на судоверфи до открытия навигации. «Путешествие» до Николаевска на барже – лучшее время за годы изгнания. Эпизод с подкопом, устроенным уголовниками в тюремном здании во время пересылки. Описание жизни в лагере. Работа в теплице, позднее бригадиром на сельскохозяйственных работах.

Осенью 1944 года освобождение. Боязнь ехать в незнакомое место на поселение. Просьба оставить ее вблизи Николаевска. Работа в пригородном хозяйстве. Всеобщее ликование в городе по поводу победы. Отъезд из Николаевска на Урал, в г. Красноуфимск, где в экспедиции работал В.Д.Наливкин, геолог, ее племянник. Встреча с сыном Олегом в Красноуфимске на перроне (он ехал в Ленинград). Возвращение автора в Ленинград. Рассказ о жизни детей. И опять воспоминания о счастливой студенческой жизни, об экспедициях.

111 лист, файл (присоединённый)
Яковлев Николай Николаевич, Черкесова (урожд. Наливкина) Елена Васильевна, Черкесова Татьяна Всеволодовна, Черкесова Светлана Всеволодовна, Черкесова (?) Лидия Константиновна, Черкесов Юрий Юрьевич, Черкесов Юрий Ал., Черкесов Всеволод Юрьевич, Ходова Альма Андреевна, Харламова Станислава Иосифовна, Теслер Александр, Сукачев Владимир Николаевич, Стелла, Смуров, Семенова Анна Александровна, Сверчевский Александр Фролович, Сверчевская Варвара, Сарадских Нина, Савенкова, Прохоров, Попов, По, Овсянникова (?), Наливкина Ольга Венедиктовна, Наливкин Дмитрий Васильевич, Наливкин Григорий Александрович, Наливкин Василий Александрович, Наливкин Борис Васильевич, Лискун, Князев, Исаченко Б., Иванова Екатрина Васильевна, Знаменский Аркадий Степанович, Елена Христиановна Зейц, Голубятников Федор, Голубятников Владимир, Геност Амалия, Гарденина Вера, Бондарев Григорий, Бенуа Анна Александровна, Бенуа Александр Николаевич
1977
1. Воспоминания Фадина П.С.

Воспоминания не закончены. Их автор (1904 г.р.) – старший инженер Управления Октябрьской железной дороги, член РКП(б) с 1926 года, ленинградец.

Начало воспоминаний – рассказ о проходившем в апреле 1935 г. собрании партийного актива электродепо Балтийской линии, на котором рассматривалось персональное дело автора, обвиняемого в «сокрытии его принадлежности к антипартийной группировке троцкистской оппозиции», в чтении письма Ленина к съезду и распространении его содержания, а также в его голосовании против исключения из партии Зиновьева Г.Е. и Каменева Л.Б. Категорическое отрицание автором своей вины и пояснение своей позиции по затронутым вопросам. Молчаливая поддержка его однопартийцами. Требование представителя политотдела сдать ему партийный билет. Отказ автора, передача им партбилета секретарю партбюро на временное хранение до окончательного решения партийного актива по данному вопросу. Его жалоба в партийную комиссию, адресованная Землячке Р.С. Возвращение партбилета.

Вызов в Ленинградский обком партии, где происходило неожиданное для собравшихся распределение на предприятия, находившиеся на Урале, что было воспринято ими как ссылка. Заявление автора, что он поедет лишь туда, где имеются электрифицированные железные дороги. Вызов к Кагановичу Л.М., который приказывает

немедленно ехать в Свердловский обком партии для назначения на работу.

Зачисление на должность инженера электрификации Пермской железной дороги. Наблюдение за ним одного из начальников, ранее получившего орден Ленина за работу в органах госбезопасности.

Встреча на вокзале жены, чемоданы которой незнакомый морячок занес в общежитие, где жил автор. Слежка за ним. Однодневная поездка в г. Камышлов к родителям жены, где он явился случайным свидетелем ареста средь бела дня главного прокурора Челябинской области. Возвращение в Свердловск в подавленном состоянии. На следующий день обыск в комнате автора в присутствии коменданта общежития. Арест и водворение в одиночную камеру свердловской тюрьмы.

Тюремный обыск. Допрос, во время которого следователь стремился доказать связь автора с моряком. Напоминание о том, что в прошлом автор выпивал в ресторане с морским капитаном. Требование признать связь с троцкистами. Отказ автора. Угрозы следователя, вытащившего из ящика стола наган. Упрямое молчание автора. Отправка в камеру. Утренний вызов к следователю. Физическое сопротивление автора, которого снова отвели в камеру.

Новый следователь по фамилии Каррэ. Вопросы следователя и ответы автора, в целом совпадающие с теми, что звучали на собрании партийного актива. В камере «подсадная утка».

Следующий допрос, который ведет в присутствии следователя Войтович, начальник транспортного отдела Пермской железной дороги.

Опять камера, где в течение долгих дней мучительное ожидание решения энкаведешников. Привод в комендантскую, где возвращают все отобранные ранее вещи, что обнадеживает: скоро на свободу. Но далее перевоз в следственную областную тюрьму. После осмотра и «обработки» камера, где сидят политические, ожидающие решении Особого совещания.

17 листов, файл (присоединённый)
1. Воспоминания Любарской Н.М.

Начало воспоминаний – грустные размышления о горькой судьбе людей, попавших под «чудовищный каток» времени. Желание автора – оставить еще одно свидетельство о пережитом, которое, по мысли автора, вместе с другими свидетельствами «встанет слабой преградой на пути к забвению».

Автор (1913 г.р.) – дочь известного в Москве зубного врача. Характеристика отца как человека жизнерадостного, что привлекало к нему людей. Разыгрывание пьесы в доме отца на импровизированной сцене актерами московских театров, в большинстве своем его пациентов.

Принятие революции родителями «как должного». Работа отца в начале двадцатых годов в государственном медицинском учреждении, занятия при этом и частной практикой. Периодические аресты («"трясли на золото", как тогда говорили»), возвращение домой после арестов, т.к. « золотых зубов… не делал». Отсутствие возмущения со стороны отца по поводу его арестов. Переживание матери, страх детей.

Блестящее окончание в 1905 году старшим братом школы, его интерес к автомобилестроению, удовлетворение просьбы отца «к соответствующим органам» отвезти сына за границу для дальнейшей учебы по выбранной специальности, поступление его в берлинский университет.

Арест отца в этом же году сразу после возвращения из-за границы. Обыск, приведший к тяжелейшей болезни матери. Посещение девочкой М.И.Калинина, его ласковое обращение с нею в приемной, обещание помочь. Возымело ли это действие на смягчение участи отца, неизвестно, но вскоре приговоры: отца- к 3-м годам лагерей, матери – к 3-м годам высылки из Москвы.

Пермь. Учеба в школе, преподавание французского языка матерью на дому, продажа кое-каких оставшихся вещей.

Продолжение учебы брата в Берлине, устройство рабочим на автомобильный завод из-за отсутствия денег.

В 1926 году разрешение поехать матери в лагерь на свидание с мужем. Невозможность ее поездки из-за физической слабости. Путешествие 13-летней дочери на пароходе к отцу.

Освобождение отца в 1927 году. Его работа в поликлинике в Твери, возвращение автора в Москву для окончания школы. Поступление в радиотехникум. Работа по специальности. Возвращение родителей в Москву в 1936 году. Временное устройство отца на работу. Отказ в выдаче родителям паспортов, что через некоторое время удалось уладить.

Возвращение брата в Москву в 1933 году в связи с приходом Гитлера к власти. Призыв его на действительную службу в армию. Окончание службы в 1935 году, работа по специальности, но в 1936 году арест. Посещение автором А.И.Микояна, чей сын был товарищем брата. Обещание Микояна помочь, но через несколько дней сухой ответ, что «все очень серьезно» и сделать он ничего не может. Все лето передачи брату на Лубянку, а осенью ответ – «Осужден на 10 лет без права переписки».

В октябре 1936 года повестки всем членам семьи с требованием явиться на Лубянку, где отобрали паспорта и обязали в течение 48 часов уехать из Москвы. (От переживаний у матери отнялись ноги, и она в комендатуру пойти не смогла.) Письмо автора на имя Сталина, переданное в комендатуру Кремля.

Отец и дочь в Йошкар-Оле. Обязанность еженедельно отмечаться в ГПУ. Работа отца в областной больнице. Отказ автору в приеме на работу по специальности. Обращение непосредственно к начальникГПУ по этому поводу. Его помощь. Упоминание о том, что через несколько лет его жена оказалась в том же лагере, где была автор, и что «та же участь постигла его самого».

Арест всей семьи в 1937 году. Мать и дочь в разных камерах, случайная встреча их в тюремном туалете. Отправка матери в тюремную больницу. Ночной допрос автора. Требование подписать обвинительное заключение, в котором говорилось об агитации автора против советской власти на центральной площади города. Письменное отрицание обвинения: «Ложь, этого не было». Временная потеря сознания от ужаса во время допроса.

Погрузка людей в вагон. Мать, которую проносили на носилках мимо вагона, где была автор. Крик, плач дочери, которая увидела это из окна. Угрожающие требования уголовниц поместить мать с дочерью в один вагон. Выполнение этого требования конвоирами.

Пересыльная тюрьма в Котласе. Приговор матери и дочери – 8 лет по статье КРА, отцу – 10 лет по статье КРД. Вся семья в одном лагере. Погрузка на баржу, идущую в село Пезмог Коми АССР. Помощь начальника лагеря, бывшего пациента отца.

Работа уборщицей, затем на лесоповале. Описание лагерной жизни очень краткое, что автор объясняет нежеланием вспоминать ужас пережитого.

В 1939 году прибытие в лагерь эшелонов с поляками, затем товарников, забитых туркменками и узбечками. Китайцы, их выносливость, работоспособность, благоволение к ним начальства, устройство большинства из них на легкие работы – в баню, прачечную, кухню.

Встреча с будущим мужем. Несколько строк о его судьбе: арест в 1932 году, Беломоро-Балтийский канал, после окончания работ- инженер по строительству гидросооружений.

Ужесточение лагерного режима с началом войны. В 1943 году освобождение родителей по старости (вскоре смерть отца от истощения). Перевод заключенных после расформирования лагеря в 1942 году на новое место, под Воркуту. Работа диспетчером. В октябре 1945 года окончание календарного срока заключения. Директива не выпускать осужденных до особого распоряжения. Помощь молодого лагерного прокурора в освобождении автора.

Долгая поездка без денег и документов с маленьким ребенком в Тюмень. В 1946 году демобилизация мужа, который в 1942 году был отправлен на фронт. Регистрация брака. Переезд в Белоруссию.

В 1946 году странная телеграмма от брата (прошло 10 лет со времени его ареста)о его возвращении , в течение многих дней напрасное ожидание поездов. После XX съезда заявление с просьбой о реабилитации брата. Знакомство с делом, в котором был донос незнакомого автору человека. Документ о том, что брат, якобы, умер от заражения крови в 1943 году. Его посмертная реабилитация. Слова любви, посвященные несчастному брату.

Конец воспоминаний – краткое описание сна: срок окончен, но на свободу не выпускают.

файл (присоединённый)
2. "Семнадцать лет кошмара", 2 книга Соколова Ю.Н. в дилогии "Хроника одной жизни жизни"

1946 год, освобождение. Ограничение места жительства. Работа на строительстве. Соединение с семьей.

1949 год, новый арест. Тюрьма в Калинине. Горький-Киров-Красноярск. Поселение в Красноярском крае. Работа на различных стройках.

Конец 1953 года, освобождение. Через год после многих усилий реабилитация. Поиски постоянной работы.

В заключение выдержки из газет с обвинениями Сталина, Берии и других партийных деятелей в нарушении законности.

89 листов, файл (присоединённый)
Шуфер Феофания Яковлевна, Штыкин, Шахлин Владимир Аронович, Хрущев Никита Сергеевич, Фирсов, Тюфаев, Травин, Тимофеев Владимир Алексеевич, Таллицкий Александр Александрович, Сталин Иосиф Виссарионович, Соколова (ур. Володина) Мария, Соколова Елена Юрьевна, Соколов Юрий Юрьевич, Соколов Юрий Николаевич, Соколов Николай Юрьевич, Руденко Роман Андреевич, Раковская Любовь Львовна, Пчельников Борис, Осетров, Молотов Вячеслав Михайлович, Микоян Анастас Иванович (Ованесович), Лодыгин Дмитрий, Липягов, Лерненр Моисей Абрамович, Круглов Сергей Никифорович, Корнеев, Конокотин Орест Николаевич, Каганович Лазарь Моисеевич, Звягинцев, Залесский Исидор Васильевич, Депольпор (Депельпор) Георгий Евгеньевич, Голубев, Гаранин Степан Николаевич, Ворошилов Климент Ефремович, Верлинский Владимир, Бобровский Николай Иванович, Берия Лаврентий Павлович, Батов, Балашов, Антонова Ирина Васильевна, Антоненко, Агеев Александр Михайлович
1969
3. История современника двадцатого века. 1905-1938. Воспоминания Ю.Н. Соколова, 6.07.1980.

Воспоминания охватывают период с начала 1900 годов до 1938 года. Автор родился в 1905 году в Нижнем Новгороде. Родители – студент института инженеров путей сообщения и студентка Бестужевских курсов, высланные из Петербурга за участие в студенческих демонстрациях 1904-1905 годов.

Детские воспоминания. Учеба в коммерческом казанском училище. Революционные события. Посещение с родителями митингов и собраний. Участие мальчишек, в том числе автора, в агитации во время подготовки выборов в Учредительное собрание. Реформа школы в 1918 году (совместное обучение мальчиков и девочек). Школьная жизнь. Появление летом 1918 года в Казани чехов, спешное отступление красных, возвращение красных и отход чехов.

Обыск в отсутствие отца, которого не было в это время в Казани. Ордер на арест родителей как бывших социал-демократов, плехановцев. Препровождение матери и пятерых детей в ЧК. Освобождение в этот же день. Работа в изыскательной партии на Волге рабочими. Летом 1919 г. Смерть от дизентерии одного младшего брата и чуть позднее от менингита – другого.

Переезд в г. Спасск. Организация в школе скаутского отряда, в котором автор принимал самое активное участие. Текст гимна скаутов. Занятия скаутского отряда. Заповеди и законы скаутов. Переезд в уезд, находящийся в 50 км от Спасска, где мать получила должность учителя в школе-коммуне «Новый мир». Школьная жизнь, организация отряда бойскаутов. Основное пособие – книга Сетон-Томпсона «Два маленьких дикаря». Игры, соревнования бойскаутов. Их помощь при восстановлении плотины. Переезд в Нижний Новгород. Занятия в скаутском патруле. Появление пионерских отрядов. Их отличие от скаутских.

Смерть отца от рака горла. Работа после окончания школы в изыскательской партии на Каме. Поступление вместе с друзьями-скаутами в университет Нижнего Новгорода. Учебы в университете и одновременно занятия спортом. Совмещение учебы с работой в изыскательской партии.

Далее рассказ о жизни ведется от 3-его лица.

27 апреля 1926 года обыск и арест. Аресты юношей и девушек из секций спортивного общества «Сокол», религиозных и других негосударственных молодежных организаций, в том числе одиннадцать бывших скаутов. Изъятие литературы на скаутские темы.

Освобождение после 2 мая. Повторный арест. Описание внутренней тюрьмы ГПУ. Допросы. Требования дать показания против человека, передавшего автору стихотворение «Спи, свободная Россия». Текст стихотворения. Отказ автора выдать товарища. Голодовка. Шифрованная записка родным о голодовке. С помощью московских друзей родителей выход на волю. Через год повторный арест. Москва, Лубянка. Описание камеры. Допрос об участии в скаутской организации. Перевод в Бутырскую тюрьму. Жизнь в тюрьме. Предложение матери во время свидания предпринять попытки к освобождению. Условие автора – освобождение всех его друзей-скаутов. Постановление о ссылке автора на 3 года на Урал. Арестантский вагон. Свердловская тюрьма. Снова этап до деревни Тобары под Туринском. Неофициальный брак с Верой Шульгиной, тоже ссыльной. Жизнь в ссылке. Рождение дочери. Описание жизни раскулаченных. Чалдоны и «самоходы». Перевод в Туринск. Работа в должности техника Горкомхоза. Конец ссылки. Переезд во Владимир. Работа одним из руководителей стройки. Прораб в совхозе Днепростроя. Распад семьи. Переезд в Москву. Работа и учеба в Заочном индустриальном институте. Работа в «Спартаке». Женитьба. Проектирование трека для физкультурного парада 1936 года. Переход в Мостстройканализацию в связи с нежеланием участвовать в нечестном оформлении расходов «Спартака». Переход в Торфозаводстрой.

Конец воспоминаний – предупреждение о резких переменах в жизни, которые наступят в начале 1938 года. (Описание дальнейших событий в продолжении воспоминаний).

К воспоминаниям прилагаются сведения о предках автора, краткое жизнеописание отца и матери.

99 листов, файл (присоединённый)
Яхонтов Вадим, Шульгина Вера Ивановна, Шапошников Сергей, Шапошников Андрей Александрович, Чернышев Федор Дмитриевич, Хонина Ольга, Холмов, Футерфас, Функ, Фирсов Василий Александрович, Тихомирова Екатерина Александровна (прозв. Шимоза), Тихомиров Михаил Александрович, Тан-Те-Ти (псевд. Горин Семен), Старостин Николай, Сорокин Сергей, Соколовский Борис Александрович, Соколовская Зоя Александровна, Соколова (ур. Паромова) Анна Юрьевна, Соколова (ур. Володина) Мария, Соколова Галина Николаевна, Соколов Юрий Николаевич, Соколов Николай Юрьевич, Соколов Николай Николаевич, Соколов Николай Николаевич, Соколов Марк Николаевич, Соколов Дмитрий Николаевич, Соколов Владимир Николаевич, Соколов, Слуцкий Валентин, Скворцов Алик, Сизов Гавриил (Габриэль, Гапка) Михайлович, Сидоров, Савина Вера, Романов Николай, Радченко Иван Иванович, Приклонский Георгий (Юрий) Николаевич, Понтак Семен, Понтак Арон, Политковский Григорий, Пиянзин, Пиримов, Пинхасик Владимир, Пинес, Паромов Павел Александрович, Машинова Екатерина, Любимов Иван, Кузнецова Лидия Ивановна, Коневский Владимир Вячеславович, Кожин, Карпов Слава, Игнатьев Юрий Сергеевич, Зеленов Борис Иванович (Бурум), Железнов Николай, Дудин, Добровольский Владимир Дмитриевич, Голубев Сергей, Голубев Николай, Гогуа Калистрат Гигоевич, Глассон Василий Александрович, Воронин, Вопилкин Игорь Иванович, Большаков, Блюмин, Благов, Башкиров Александр Михайлович, Батурский Серж, Антонова Ирина Васильевна, Андрианова Надежда, Андрианов Григорий, Агафонова (Приклонская) Ангелина Леонидовна, * Татьяна
6.07.1980
5. А.М.Агафонов. В нацистских застенках // Новый часовой. 1998. № 6-7 (присоединенный файл)
9. Интервью с Красильниковым М.М., взятое Чуйкиной С. 26.10.1991 в г. Рига
26 листов, машинопись, файл (присоединённый)
10. Интервью, взятое у Ронкиной И.Т. в 1992 г. (присоединенный файл)
Интервью, взятое у Ронкиной И.Т., DOC
37 листов, машинопись.
35 листов, машинопись, файл (присоединённый)
Якобсон Анатолий Александрович, Шнитке Владимир Эдуардович, Чикатуева Валерия Иннокентьевна, Хрущев Никита Сергеевич, Хахаева (Орлова) Ксения Ивановна, Хахаев Сергей Дмитриевич, Тухачевский Михаил Николаевич, Сталин Иосиф Виссарионович, Смолкин Валерий Мануилович, Сахаров Андрей Дмитриевич, Ронкина (Гулевских) Ирина Тимофеевна, Ронкин Валерий Ефимович, Рокоссовский Константин Константинович (Ксаверьевич), Мошков Сергей Николаевич, Молотов Вячеслав Михайлович, Марченко Анатолий Тихонович, Маленков Георгий Максимилианович, Ленин (Ульянов) Владимир Ильич, Климанова Людмила Васильевна, Киров Сергей Миронович, Каганович Лазарь Моисеевич, Зеликсон Лидия, Зеликсон Борис Михайлович (Малкиэлевич), Ежов Николай Иванович, Даниэль Юлий Маркович, Гинзбург Людмила Ильинична, Гинзбург Александр Ильич, Гаенко Татьяна Владимировна, Гаенко (Котова) Нина Савиновна, Вайль Борис Борисович, Богораз Лариса Иосифовна, Алексеева Людмила Михайловна